Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
ты не будешь против, если я убавлю подпитывающий тебя канал силы, сократив его до минимума?
– Ннет, – почти не замедлившись с ответом, замотала головой гусеница. – Вы – хозяин, вам и решать, как распорядиться своими силами. Я только надеюсь, что это не навсегда.
Я одобрительно кивнул.
– Там посмотрим. Кстати, придумай себе имя – неудобно, когда не знаешь, как обращаться к собеседнику.
– Как прикажете, хозяин, – встрепенулась гусеница и, неожиданно почувствовав себя лишней, беззвучно растворилась в воздухе. Оставив меня наедине со своими мыслями и почти полностью продуманными планами, в которых вдруг наметились небольшие изменения.
* * *
К деревне я подъехал далеко после полуночи. Резвач был сытым, поэтому не особенно торопился; мне еще с вечера было, о чем подумать, так что я его не подгонял и просто наслаждался прогулкой. Сперва объехал недавно распаханные поля, на которых не виднелось ни души; осмотрел издалека деревню беженцев, в которой даже сейчас негромко постукивало несколько топоров. Объехал ее по кругу, оценил стену, с одобрением услышал изнутри недовольное мычание, свидетельствующее о том, что Вигор прислушался к моему совету. Затем посмотрел мысленным взором на дом Шмыга, в котором осталась недолеченная пациентка. С легкостью нашел ее по следам своей собственной магии. Подправил ауру, отдав для этого тщательно отмерянное количество сил, и успокоенно отъехал от деревни подальше.
Так. Первый пункт из намеченных я выполнил – сдержал данное мальчишке обещание.
Второй пункт тоже решил не откладывать в долгий ящик и, тщательно все взвесив, выбрал приемлемый способ, чтобы скрыть эффекты воздействия на мое тело личной Печати. Собственно, вариантов и былото всего два: первый – использовать
скрывающий амулет, который у меня остался всего один, и тот – наполовину разряженный; а второй – придать эффект этого амулета самому телу. С помощью рун и внедренного прямо в кожу какогонибудь безобидного заклинания, способного прикрыть собой образованные Печатью каналы и спрятать концентрирующуюся в них «темную» энергию.
Само собой, второй вариант выглядел предпочтительнее, но у меня осталось слишком мало времени. И я не хотел тратить силы, не зная точно, сколько вытянет из меня обряд воскрешения. К тому же, следовало хорошенько обдумать, какое для этого использовать заклинание и нельзя ли в нем совместить какиенибудь другие полезные функции. Наконец, я еще не решил, как объяснить мастеру Лиурою все эти манипуляции, если он возжелает перед началом занятий оценить возможности моего дара и полезет копаться в ауре.
В итоге, я решил не рисковать и обойтись амулетом хотя бы на ближайшие полгода. Тем более что Печать в скором времени будет истощена планируемым обрядом, а, следовательно, нарушать магический фон практически перестанет. Все равно я не смогу ее «раскачивать», пока «светлый» рядом. А значит, сперва мне придется придумать способ от него избавиться и лишь после этого экспериментировать с телом.
Про третий пункт я за всеми этими размышлениями едва не забыл. И в лишь в самый последний момент вспомнил о том, что собирался переговорить со старостой. Пришлось вызывать его срочной депешей в замок и, похвалив за отчеты, с торжественным видом вручать тугой мешочек с подъемными для деревни. Сумма, правда, была сравнительно небольшой – в пересчете на каждый нос, ставший отныне моей непосредственной заботой, получалось примерно по три золотых на человека. Однако, судя по вытянувшемуся лицу Вигора, он и на это не рассчитывал. А когда я вкратце пояснил, что собираюсь сделать со своими полями, вообще онемел. И так долго не приходил в себя, что я решил дать ему время на осознание и деликатно выпроводил из замка, не погнушавшись использовать для этого телепорт.
Потом я отыскал Лиш и окончательно решил все вопросы с ней. Заплаканная девчонка встретила меня на пороге собственной комнаты и, едва увидев, снова засобиралась устроить целое наводнение. Кажется, она тоже на время перестала меня понимать. Ее шокировал мой последний приказ, и бедная девочка до сих пор пребывала в растерянности, не в силах осознать, что из сказанного мной во дворе было правдой, а что – лишь жестокой шуткой старого некроманта.
Пришлось осадить эту плакучую иву, затем успокоить, погладить по растрепанной голове и строгим голосом пообещать, что если она еще раз меня подведет, то точно заслужит показательную порку на конюшне. Только после этого служанка пришла в себя и, благодарно улыбнувшись, отвесила низкий поклон. И я смог ее оставить одну, не боясь обнаружить поутру под своими дверьми некрасивую лужу.
Следующим шагом стал недолгий разговор со Шмыгом, которому
