Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
и свежих умертвий бывает. Выходит и правда гдето неподалеку есть незамеченные Ничем спонтанные захоронения.
Негромко зарычав, я втянул в себя прохладный воздух и, почувствовав в нем будоражащую примесь чужого страха, стремительно обернулся. Причем, стремительно настолько, что опрометчиво не ушедшие люди не успели даже заметить, когда я оказался прямо у них перед глазами. Всего один прыжок на ставших гибкими ногах, и все они на расстоянии вытянутой руки. Хорошо, что вокруг темно, и они не заметили, как сильно изменилось мое лицо. Длинная мантия надежно скрыла все остальное. Так что никто, к счастью, не завизжал и не заорал благим матом. Впрочем, даже мои неестественно широкие зрачки в обрамлении нечеловечески красной радужки их здорово впечатлили. Потому что граф со сдавленным восклицанием отпрянул, чуть не налетев на замешкавшегося старика. А Годжа и Лирг, оказавшиеся чуть пошустрее, с тихим проклятием выставили перед собой нервно подрагивающие мечи.
Идиоты.
Можно подумать, я не успею их порвать на части, если захочу. Другое дело, что магический контракт весьма неприятно жжет мою кожу, не позволяя забыться. Но все равно не советовал бы я графу стоять рядом так долго. Вдруг не удержусь?
Вон пошли! прошипел я в третий раз, стараясь не слышать перепуганного грохота чужих сердец. Непроизвольно обнажил острые зубы, сверкнул глазами, а затем выразительно приподнял правую руку с жутковатыми когтями, которые теперь больше походили на звериные. И нечего так таращиться: с нежитью воюют ее же оружием. Вам следовало поинтересоваться об этом у мастера Лиуроя, прежде чем связываться со мной. Еще раз увижу поблизости, рразорву! Понятно?!
И вот тогда они, наконец, вняли голосу разума. Попятились вон. Судорожно хватаясь за оружие, отошли от меня подальше. Какоето время в панике следили за тем, как я придирчиво изучаю красную ниточку возле входа, которая, к счастью, осталась невредимой. Но потом перехватили мой насмешливый взгляд. Сообразили, тугодумы, что я не собираюсь ни на кого нападать, и лишь после этого рискнули повернуться ко мне спиной.
Спускайтесь вниз, уже из холла донесся до меня напряженный голос графа. Годжа, следи за Шепредом у него сердце слабое. Лирг, присмотри за магом. Когда велит, прикроешь его, и только потом…
Не став дослушивать, я удовлетворенно отвернулся. Складки мантии звучно хлопнули по высоким голенищам сапог. Затем тихо клацнули когти на ногах, прорезавшись, наконец, через специально сделанные в подошве отверстия. Знакомо забурлил и зашевелился объемистый живот, грозя вотвот разорваться надвое. Потом сама собой распрямилась спина. Вытянулась шея. Удлинились руки, наросла чешуя на боках. А потом я, наконец, поднялся во весь свой (теперь немаленький!) рост, слушая негромкое потрескивание встающих на место костей, и с наслаждением потянулся.
И правда до чего же хорошо быть самим собой!
Эй! Ты хоть говоритьто еще не разучился? внезапно донеслось до меня насмешливое.
Я с досадой клацнул зубами и грозно посмотрел на пристроившегося на телеге таракана. И когда, спрашивается, успел сбежать?
Съем, мрачно пообещал я, неохотно останавливая трансформацию.
Не съешь. Я ядовитый.
Тогда развоплощу!
Нич на секунду задумался, но потом пренебрежительно фыркнул.
А вот фигу. Без меня ты не сможешь принять прежний вид. И вообще, вдруг тебя сегодня убьют? Что тогда будешь делать?
Тьфу! Но он прав такой источник энергии еще поискать надо. И ведь прекрасно знает, мерзавец, что нужен мне до отвращения: Нич, хоть и не помнит ни демона, не потерял своей силы. А она у него была когдато огого. Я же, напротив, сохранил память, но лишился всего остального. Увы. Жестокая насмешка природы. Двое калек, которые не могут прожить друг без друга ни одного лишнего дня. Не зря я когдато принял его заманчивое предложение. Не зря мы с ним на пару корпели над одним неимоверно сложным экспериментом, который в итоге увенчался грандиозным… ну, почти что успехом. Если бы не мой гореученичок, который испортил его в самый последний момент, все прошло бы вообще как по маслу. А так он пострадал, я пострадал, придурок Нев вообще давно кормит собой воронов…
Конечно, Нич и это уже забыл, а я не имею права ему напоминать о прошлом. Но зато мой старыйновый друг нередко чтото такое ощущает, смутно чует во мне слабину, вот и демонстрирует характер. Характер же у него еще при жизни был не сахар, а после воскрешения вообще стал невыносимым. Впрочем, такое случается даже с лучшими из нас смерть ни для кого не проходит бесследно. Но когдато Нич действительно был мне хорошим другом. И вот теперь я вынужден держать его на расстоянии, упорно молчать, незаметно беречь,
