Тяжело остаться прежним, пережив собственную смерть. Вдвойне тяжелее остаться нормальным, умерев и воскреснув дважды. А уж сохранить способности к магии, оказавшись в чужом теле, это уже что-то из разряда чудес. Впрочем, хороший некромант способен еще и не на такое.
Авторы: Лисина Александра
система жевательных мышц, острые зубы, большая присоска в глотке, умеющая не только сосать кровь, но и выпивать из жертвы жизненные силы…
Демон! Я всетаки ошибке в оценке способностей лича! И он действительно сумел создать высшую нежить, не погнушавшись использовать для этого трупы тех, кто когдато был ему дорог. Но именно этим мы с ним и отличаемся: я, в отличие от него, не забыл о своей прежней жизни. И трепетно сохранил все свои воспоминания и чувства. Как в отношении старых друзей, так и в отношении гораздо более многочисленных врагов.
Убейте его, откровенно наслаждаясь ситуацией, велел барон, решив, что достаточно напугал более слабого коллегу.
Я только оскалился, показав противницам все свои внушающие уважение клыки и, едва они стронулись с места, первым прыгнул навстречу. Одновременно с этим подбирая под себя верхнюю пару «рук», выдвигая еще больше спрятанный до поры до времени второй (да, я очень запасливый) набор острых когтей, взвинчивая темп до совершенно дикого уровня и с редким ожесточением набирая полный рот ядовитой слюны.
Стандартное мышление Невзуна сыграло с ним злую шутку увлекшись экспериментом с нижней челюстью своих испытуемых, он почемуто забыл о том, что их противник может владеть таким же оружием. И по какойто причине не снабдил своих «красавиц» защитой от яда. Так что когда я с разбегу харкнул в одну из них, метя в круглый красный глаз, она только хрюкнула, споткнулась и, лишившись важного органа, негодующе завизжала. А потом еще и промахнулась, подарив мне несколько важных секунд для того, чтобы разобраться со своей товаркой.
Медлить я не стал. Налетев с разбегу и увернувшись от выставленных когтей, ударил ее плечом, сбивая с ног. После чего, пользуясь преимуществом в росте и количестве конечностей, зажал ей пасть и, остерегшись работать клыками, полоснул ее по горлу когтем. Самым длинным и острым, который всегда трепетно хранил на своем среднем пальце. Защитного чехла, разумеется, там уже не было у меня хватало времени, чтобы избавиться от досадной помехи. Так что ядовитое острие, рассчитанное не только на живых, с легкостью проникло внутрь, вспороло вялые мышцы, трахею, наполненные вязкой полупрозрачной слизью сосуды. Выпустило в них убойную дозу моего персонального, созданного специально для таких случаев яда. А потом коснулось позвонка и выдернулось обратно, распоров на обратном пути его на две половинки.
От удара голова твари мгновенно обвисла. Ее передние лапы вяло дрыгнулись и безвольно опали. Из разинутой пасти вырвался сдавленный хрип, оттуда хлынула целая река похожей на маслянистый гной жидкости. Наконец, она дернулась, в последнем усилии дотянуться до моего горла, но смогла лишь оцарапать зубами шкуру на плече. После чего я отбросил полудохлую и уже неопасную тварь подальше и с довольным рыком развернулся ко второй.
«Лютеция» оправилась от плевка на удивление быстро: когда я закончил с ее матерью, она уже летела ко мне в гигантском прыжке, целя когтями в горло. Но банальная ошибка хозяина подвела ее во второй раз: перехватив ее таким же приемом, что и корчащуюся в конвульсиях мать, я с размаху швырнул ее на камни. После чего прижал сразу двумя коленями, собираясь разобраться еще быстрее…
И только чудом увернулся от еще одной когтистой руки, едва не вспоровшей мне бок.
Сслишком шшустрый оказалсся, да? злобно прошипел господин барон, стремительно преобразовываясь в такую же тварь. Думаешшь, справилсся? Решшил, что у меня не хватит ссил, чтобы тебя осстановить?!
Да чтоб вас балкой прихлопнуло, уважаемый мэтр, с чувством отозвался я, тут же бросив «Лютецию» и вынужденно попятившись от двоих противников. И дочечку вашу тоже… желательно, чтоб по головке попало. От этого, говорят, в мозгу извилины заводятся. Не слыхали?
Уб…ью! невнятно прорычал лич, в мгновение ока завершив трансформацию и почти сравнявшись со мной ростом. Здоровенный, черный от вдавленного в морду носа и до кончиков блестящих когтей. Зубастый, как созданная с похмелья крокодила. И до того массивный, что мне с моими скромными размерами было сложно с ним тягаться.
Парировав один удар, другой, третий… я понял, что в силе проигрываю этому бугаю. Да и по размерам здорово уступаю. В скорости, пожалуй, даже немного его опережаю, но это преимущество с лихвой перекрывала опомнившаяся «Лютеция», которой тоже очень хотелось попробовать моей кровушки.
Засада, однако…
Куда податься бедному некроманту, если впереди пропасть, с боков сжимают тесные скалы, а позади щелкает зубами голодная нежить? Правильно… вниз!
Улучив момент, я резко повернулся, с громким бряцаньем шлепнулся на пузо и, оттолкнувшись от приятно холодящих
