При попытке входа в гиперпространство, космический корабль «Лебедь» потерпел крушение. Связь с ЦУПом и кораблями сопровождения оборвалась, запасы энергии иссякли, приборы сигнализировали о реальных, но неизвестных испытателям опасностях. За всю историю кораблей Дальнего прыжка ничего подобного не случалось. Назад, в обычное пространство экипаж выйти не смог.
Авторы: Бушков Александр
была «неустановленным лицом женского пола» из рапорта Бэйба, что Бэйб появился в нашем городе всего две недели назад, Джейн улетала куда-то, у меня не было случая их познакомить, и он не знал ее в лицо, что разведка нашего ближневосточного союзника не церемонится, когда речь заходит обо всем связанном с палестинцами… Но вряд ли даже они рискнут среди бела дня врываться в редакцию, засада наверняка устроена у нее дома. Я достал пистолет из отделения для перчаток и сунул его в карман пиджака.
На третий этаж я влетел за три секунды. Дверь квартиры Джейн была распахнута настежь, пол устилали листы бумаги и разбросанные вещи, все было перевернуто вверх дном. Я схватил телефон и набрал номер.
– Моран слушает.
– Эл, это Грэм! – крикнул я. – Немедленно все резервные опергруппы к зданию «Глоб»! Да, моим именем. Оцепить редакцию, ищите парней из тех двух групп! Передай Дику и Логану – пусть поднимутся в здание и охраняют Джейн!
– Откуда ты знаешь? – закричал он в ответ, едва я остановился перевести дух.
– Что? – я похолодел.
– Какой там, к черту, Логан? Их обоих только что застрелили, изрешетили всю машину! У «Глеба» полно полиции. Что происходит, Патрик? Райли объявил боевую тревогу – кто-то застрелил Дорана с Крэгом, у нас перехватили профессора! Патрик, тебе немедленно нужно в управление, приказ Райли!
Я ударил по рычажку и набрал другой номер.
– Джейн Митчел слушает.
– Где ты? – крикнул я.
– Что за вопрос? У себя, разумеется.
– Кто у тебя там?
– Никого.
– Закрой дверь, запрись на ключ. Никому не открывай, только мне, слышишь?
– Патрик, ты в своем уме?
– Запри дверь! – закричал я. – Где ты сейчас стоишь?
– У окна. Там на стоянке что-то случилось, полно полиции.
«Недостроенное здание какой-то конторы против редакции», – вспомнил я и закричал:
– Немедленно отойди от окна!
– Послушай, Патрик…
Я услышал звон разбитого стекла, резкий свистящий хлопок, короткий вскрик и стук упавшей трубки, я кричал, никто мне не отвечал, и я знал, что никто не ответит. Мне не нужно было объяснять, на что способны дальнобойные винтовки с глушителями и оптическими прицелами.
«Уберите его», – равнодушно сказал Райли, и кого-то пристрелили за городом. Сколько раз я сам небрежно бросал: «Убрать его!», и мне отвечали: «Есть, сэр!»? Причем исполнителю приказа не было нужды и даже категорически запрещалось думать, в чем провинился объект, из каких соображений его следует убрать и кто он вообще такой – решало всегда начальство.
Я придумал Гванеронию настолько хорошо, что наш европейский союзник поверил и бросился хлопотать о своей доле нефти, а наш ближневосточный союзник, идя по моим стопам, выдумал гванеронского резидента и палестинского агента, и опять-таки в том, что произошло, не было ничего необычного – они стреляли и подкладывали бомбы и в Париже, и в Осло, и в Бейруте, и где-то там еще.
– Мистер Грэм, ваш поспешный отъезд… – раздался голос выпускника привилегированного колледжа.
Я выстрелил, еще раз и еще. Переступил через него и вышел из разгромленной квартиры. Время, когда мы были пилотами бомбардировщиков, прошло, да и было ли такое вольготное время? Кто нам сказал, что такое время возможно?
– Все-таки ты зря пристрелил этого типа, – сказал Райли. – Ну ничего, мы все это оформим надлежащим образом, он у нас, как миленький, станет очередной жертвой коварной гванеронской разведки, свеженьким павшим за демократию героем. В квартиру уже повезли газетчиков.
– Молчи, сволочь, – сказал я, и он замолчал. – Господи, Тэд, что же мы с тобой наделали? Нас затянуло в шестерни нашей же сказки. И перемелет в порошок, понимаешь ты это или нет? Мы уже не существуем…
– Не паникуй, – сказал Райли. – Все образуется. Лучше послушай последние новости. Части Мукиели на подступах к столице. Ему выделено оружия еще на десять миллионов, и покупатель у меня есть.
– Одного не пойму, – сказал я, – этот Блен, или как его там, говорил, что они послали в Гванеронию группу офицеров связи.
– Ты думаешь, только мы с тобой такие умные? Уверен, у них творится то же самое – кто-то кропает донесения из Гванеронии на собственной даче и кладет денежки в карман, а олухи вроде покойного Бленгенторна рискуют головой. Вот что, садись-ка за отчет. Шеф требует, президент постоянно интересуется гванеронскими делами.
– Не могу, – сказал я. – Ничего не могу.
– Я все понимаю, Патрик, – сказал Райли, – но что делать, ты на службе.
– Ты связался с разведкой нашего ближневосточного союзника? – спросил я.
– Свяжусь в скором времени. Вот
