При попытке входа в гиперпространство, космический корабль «Лебедь» потерпел крушение. Связь с ЦУПом и кораблями сопровождения оборвалась, запасы энергии иссякли, приборы сигнализировали о реальных, но неизвестных испытателям опасностях. За всю историю кораблей Дальнего прыжка ничего подобного не случалось. Назад, в обычное пространство экипаж выйти не смог.
Авторы: Бушков Александр
рейса, к некоторым пришлось летать на Марс и на Глен. Ситуация такова. Пассажиры этого рейса действительно получили возможность видеть во сне прошлое – будем пока считать, что это действительно прошлое, – но к врачу успел обратиться лишь один – пассажиров начали перехватывать и приглашать в свою лабораторию два весьма энергичных молодых человека – в лабораторию, неизвестно кем построенную и оборудованную и нелегально подключенную к земной видеофонной сети. В качестве консультанта они пригласили профессора Голубцова, работали две недели и отбыли на Эльдорадо, демонтировав аппаратуру, но оставив материалы исследований – вернее, копии. Где они пребывают в настоящий момент, и кто они на самом деле, неизвестно. Кстати, они не производили впечатления загримированных?
– Нет, – сказал Снерг. – Я знаю театр, разбираюсь в гриме… Нет.
– Впрочем, это обстоятельство ненамного запутывает дело – третьестепенная зацепочка… У вас есть какие-нибудь соображения?
– Будь я лет на десять моложе, непременно завопил бы: «Андромедяне!», – сказал Снерг. – Но сейчас я просто не знаю, что и думать.
– Мы могли бы выразиться примерно так же… – сказал Сергачев. – А какие странности всего происшедшего вы бы отметили?
– Дайте подумать… – сказал Снерг. – Собственно, что тут думать? Странность одна – почему они словно бы специально старались привлечь внимание? Да не «словно бы», а наверняка. Да будь они в самом деле андромедянами, которых почему-то заинтересовал случай с «Картахеной», – им достаточно было назваться любыми вымышленными именами, прошло бы много времени, прежде чем все вскрылось. А они…
– Вот именно, – сказал Сергачев. – Наша служба получила головоломку, а медики – материалы о «феномене Картахены». Кто знает, когда им заинтересовались бы всерьез, когда кто-нибудь додумался бы обобщить и проанализировать… Создается впечатление, что нам помогли. Правда, я не вижу оснований приходить в восторг – услуга, оказанная таким способом и при таких обстоятельствах, способна, скорее, насторожить и обеспокоить…
– Но что-то же вы намерены делать?
– Что вы нам посоветуете делать? – беспомощность в его голосе, казалось, может в любую минуту перейти в боль. – Вы правы – неожиданность потому и неожиданность, что опрокидывает все прогнозы. В данную минуту существует одно-единственное направление поиска – найти эту парочку. Каким образом? Разумеется, мы можем кое-что сделать. Те самые планы, разработанные нашими предшественниками. Теоретически возможно перевести Землю на осадное положение. Восстановить существовавшую еще тридцать лет назад глобальную сеть радаров, контролировавших космическое пространство с целью обнаружения чужих звездолетов. Строгий контроль на космодромах. Введение всеобщей паспортизации – с учетом достижений науки и техники. Что-нибудь еще в том же духе. Как вам?
– Не исключено, что к тому времени, когда все это будет введено, андромедяне, сидя у себя дома, будут посмеиваться в кулак, – сказал Снерг.
– Да. Мы не можем со всей определенностью сказать, кто же они – пришельцы или по неизвестной причине хулиганствующие психологи с Эльдорадо. Может случиться, что в то время, как мы будем искать вашу парочку – хотя я не представляю, как ее искать, – другие двойники, а то и не двойники, будут проводить другие операции. А те меры, о которых я упоминал… Представляете, сколько труда и времени они потребуют? И я не уверен, что Мировой Совет даст добро на их введение. Людей, которые там сидят, никак нельзя упрекнуть в беспечности и недальновидности, но нам вполне резонно могут заявить, что объявлять осадное положение глупо, нерационально и даже смешно. И они будут правы, потому что существует «Динго» и его четвертый отдел, который полсотни лет дармоедствовал, а когда, наконец, потребовалась реальная отдача и настоящая работа, заявил, что он бессилен и беспомощен… Распутать все – наш долг и наша честь, иначе нас сожрет совесть.
– Вы старательно обходите самое, пожалуй, главное, – сказал Снерг. – Эльдорадо. Прежде чем превращать Землю в осажденную крепость, можно все-таки попытаться поискать следы на Эльдорадо. Это гораздо проще.
– Вы так думаете? – резко и насмешливо спросил Сергачев.
Снерг удивленно воззрился на него. Невидимая стена замкнулась вокруг беседки, она пропускала внутрь веселый гомон из благополучного века, но напрочь отсекала его беспечность и уверенный в себе покой…
– Что вы имеете в виду? – спросил Снерг.
– Пожалуй, выбора и нет… – сказал Сергачев. – Вы уже по уши в этом деле. И нам рано или поздно понадобится идти на контакт со средствами массовой информации. Я буду откровенен, Стах.
