Нелюди великой реки. Дилогия

под пыльник, а я обернулся к «рыцарю» Бонсу. Тот сидел, сгорбившись, на корточках, положив руки на колени, а перед ним лежал почерневший труп харазца. Ошибся я: не на пистолет, а скорее, на нож убитого «радугой» вампира было всетаки наложено проклятие. Харазцу не помогло и то, что он держал на рукояти кольта ладонь «мертвого» вампира. Да и что там от ладони оставалось? Косточки одни, да и те рассыпались небось от первого же выстрела. Так, для собственного успокоения держал… Ножто все равно пришлось просто так вытаскивать… А что ему было делать? Он же не знал, что Семен и Паола нас спасать будут. Знал бы, так лежал бы тихо и жив остался. А вот мы с Бонсом – вряд ли.
– Даже имени не узнал… Жаль парня… – огорченно сказал Бонс, поднимаясь. – Это твои друзья?
Догадаться было несложно: Семен шел прямо ко мне, набычившись и воинственно топорща свою рыжеватую бороденку, которая, кстати, и по размерам и по объемам проигрывала черной бородище Бонса вчистую.
– Друзья, – подтвердил я. – С такими друзьями никаких врагов не надо!
Фэйри стояла, уперев руки в боки, и шевелила губами, подсчитывая поверженных умрунов. «Радуга» и вампирпришлый – за нами, четверо «молодых» и трое «старичков» – за ней. Странно, мне казалось, что вампиров было больше в разы. Никто не удрал? Нет вроде бы. У страха глаза велики, вот что это значит.
– Ты что, опух, салажонок?! – начал Семен в своей характерной манере. – Тебе что сказано было? Сидишь по адресу, нас ждешь! А ты где целые сутки шарился? И что потом сделал???
Нет, не может быть! Не мог я прослушать! Ну да, я в первый раз спускался с девяностометровой высоты по паучьей нити, так что был слегка обалдевшим, перед этим почемуто Паолы застеснялся, но вот такого мне Семен не говорил. Или говорил?
– Брось, Сеня, – вмешалась Паола, подходя и кладя руку Семену на плечо. – Забыл, с кем дело имеешь? Эльфу надо три раза сказать, заставить повторить, тогда только спрашивать. Они же с головой не дружат!
– Зато они с рыцарями дружат, – пробормотал я, глубоко уязвленный. Если отдать фэйри и Семену «рыцаря Бонса Ингельмийского» на съедение, авось с темы спрыгнут.
«Рыцарь» выпрямился, приосанился, выпятил грудь и, изобразив неуклюжий полупоклон, подбоченился. Рта он предусмотрительно не раскрывал. «Нормальный» рыцарь, тот же Реймс, уже предложил бы мне представить его «даме», то есть Паоле, и горячо благодарил бы ее, не скупясь на комплименты, но Бонс предпочитал пыжиться – так высоко он ставил свое «рыцарское» достоинство. Пришлось представлять рыцаря безо всяких просьб с его стороны. Бонс только кивал на мое несколько цветистое представление и не смог скрыть улыбки, явно впервые слыша, как звучит его титул из чужих уст.
– Хорош! – заключил Семен, бесцеремонно ощупывая взглядом «рыцаря».
Особенное внимание заслужили ноги героя. На одной ноге Бонса красовался порыжевший от времени кирзовый сапог с подвернутым голенищем, другая нога сверкала желтой пяткой: сапогто с «рыцаря» вампирша сняла во время драки. Семену было, очевидно, начихать на «титул» Бонса – он больше глазам доверял, а Бонс своего вида ничуть не стеснялся, полагая титул явлением самодостаточным.
– Охотники? – несколько высокомерно спросил он, оглядывая в свою очередь подручного Тимохина и Паолу, оружейника маркиза Конкруда. – Новые Кудин и Варвара? Вот этих, – тут Бонс прямтаки царским жестом указал на останки вампирапришлого и «радуги», – мы уделали. Наша добыча!
Мне эти имена ничего не сказали, но в глазах Семена мелькнуло понимание.
– Нет, не охотники, – ответил он, усмехаясь. – И не знаю, понравится ли Арраве, если ее будут называть Варварой. Что по второму вопросу, то на награду мы не претендуем. Бери себе все, не жалко… Пошли, Петя.
Довольный рыцарь нагнулся и начал искать свой второй сапог, мне уже охота была выйти с Семеном на свежий воздух, тем более что фэйри закончила освобождать от пут прочих бедолаг, «заготовленных» вампирами для их пира. Досадно, но одному из них, высокому и худому армирцу с длиннющими черными усами, помощь уже не требовалась. Пленники были свалены, как дрова, армирец лежал сверху и во время перестрелки поймал не менее пяти пуль. Случайных пуль – понятно, что никто в него не целился. Целились, скорее всего, в нас с Бонсом. А стрелки из умрунов аховые…
Разложив уцелевших на полу, Фэйри бегло осмотрела каждого, покачивая головой. Всем нужна была помощь целителей, только двое очухались и завертели головами, когда Паола поднесла к их носам небольшой флакончик зеленого стекла. Нашатырь или что ядренее? Я нашел на барной стойке свой кошель среди прочих, проверил, на месте ли смарагд и коробочка с «Кремом», оттер рукавом от пыли обе тетради – Виталину и сборничек Игана, –