Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
«козлику», в открытый кузов которого легко запрыгнули три тени, таившиеся до сих пор в темноте, я сделал единственное, что мог в этой ситуации: развернулся и бросился обратно в дверь, через которую вышел.
Друэгар толькотолько пришел в себя и был небоеспособен. Получил кистенем по затылку и свалился в заботливо подставленные руки своей подруги.
– «Берсеркер» есть? – спросил я продавщицу, в очередной раз наставляя на нее «чекан». – Врать не вздумай, пойму и пристрелю! – С этими словами я потянул друэгара за плечо, освободил его от объятий ведьмы и уронил на пол. Плевать, все равно, считай, я его спас!
– Неэтуууу! – провыла гореколдунья, выдавая небольшой фонтанчик слез. Рот ее с размазанной помадой расползся в средних размеров Дурное болото. Не ожидала, что по второму кругу все пойдет? А «Берсеркера» нет: не для удовольствий эту гадость делали. Действия на десять минут, а потом еще день с толчка не слезаешь. И выворачивает сразу с двух сторон: сверху и снизу.
– «Танцулька» есть? – Возьму хоть ее, хотя эта дрянь и в четверть не дает эффекта «Берсеркера».
– Еээсть! – прошмыгала носом «магсарка», и я в очередной раз восхитился способностям женщин говорить на вдохе.
– Давай, быстро! – подталкивая бабу к стойке, приказал я.
Трясущимися руками она достала небольшую картонную коробочку, на крышке которой был нарисован не красный мухомор с веселенькими белыми пятнышками, а стилизованная картинка пляшущих человечков. Словно код какой тайный… То, что надо! Принюхавшись к отформованному кубику жженого сахара, над которым изрядно поколдовали специалисты, я положил его на стойку и ударом рукоятки «чекана» разбил на несколько небольших кусков, а затем решительно разжевал самый маленький. А это кто? Нарки вывалились из своих иллюзорных миров в реальный?
Ко мне решительным шагом направлялась какаято стриженная под мальчика женщина лет тридцати, ровесница, из компании пришлых. Не столько красивая, сколько ухоженная. Но в принципе симпатичная. Модная короткая куртка из шкуры виверны, обтягивающие вполне «спортивную» задницу штаны, дорогие ботинки с высоким берцем. Дорого и стильно в привычном для женщин из пришлых варианте. Типа, все как у всех, но дороже. Она была слегка под кайфом, поэтому путь ее был похож на что угодно: на изгибы русла Великой, на детский рисунок, когда непонятно, то ли волны на море нарисованы, то ли пасть крокодила в разрезе, то ли крепостная стена с зубцами, – но только не на прямую линию.
– Ты че тут? – сформулировала она, добредя до меня наконец. Слов ей явно не хватало, но манера, внешность, возраст – все было знакомо до боли. Такая «начальница», искренне считающая, что умение загонять до смерти персонал из аборигенов делает ее незаменимой в той мелкой фирмочке, где она занимает «высокое» и «прочное» положение. Замужним подругамровесницам, возящимся с детьми, она рассказывает, как «построила» подавальщиц из кабака какогонибудь из Старых княжеств. Подругам помоложе охотно читает лекции на тему «все мужики козлы» и пытается построить, как тех самых подавальщиц. Меня она тоже сейчас построит: не нравится ей мое поведение… А я, я сам – нравлюсь? Замуж она не вышла – не потому что дурнушка или предложений не было, а потому что искренне считала, что достойна лучшего. Этакого прЫнца на белом коне. Ладно, графа на «чайке»… Лет через пять, достигнув «бальзаковского» возраста, согласится и на отставного штабскапитана… на «козле»… А пока суд да дело, можно развлекаться… Вот бы я перед ней хвост распушил, будь у меня время…
Дамочка стояла передо мной, слегка покачиваясь, вперив в меня «начальственный» взгляд из своего арсенала, нарабатываемого годами, и ждала ответа.
– Я не тут, я уже ушел! – вежливо сообщил я ей, ощутив, как по всему телу искорками пробегает характерное для активированной «Танцульки» ощущение «куража», никак иначе это и не назвать. Взяв неплохой старт с места, я почти добежал до двери, когда обострившееся чутье заставило меня резко отпрыгнуть в сторону. Выстрел прозвучал как гром среди ясного неба, в двери на уровне моей головы образовалась здоровенная дыра. Это колдуньяпродавщица вытащила изпод стойки здоровенную двустволку двенадцатого калибра и разрядила в меня оба ствола дуплетом. Это за то, что я за наркоту не расплатился? Немедленно рядом с ней оказалась «начальница», принявшаяся вырывать из рук тетки безопасное уже оружие, со словами: «А че ты тут?!» Не зря она мне понравилась! Такой выстрел не мог быть не услышан снаружи, и я в очередной уже раз отправился к стойке, отчего обе бабищи перестали бороться и, не выпуская из рук ружья, уставились на меня во все глаза: одна, которая колдунья, – со страхом, а «начальница» – с предвкушением. Будь у меня
