Нелюди великой реки. Дилогия

дуге дракона, удачно вписавшись между двух тупых, но корявых лобных шипов. Или рогов, тут уж каждый по-своему судит…
   ***
   Что пошло не так? И в какой момент? Древесная беседа со взрослым драконом, легендарное, по сути, событие, внезапно прервалась, и единственное, что я мог сделать — так это прыгнуть рыбкой на морду дракону, вцепившись руками в его шипы — просто чтобы оказаться не в пасти, а хотя бы поверх нее! И чтобы был шанс воткнуть ножик!
   Как бы не так! По прыжкам с места в высоту этот дракон был чемпионом. Не иначе, его в детстве научила какая-нибудь лягушка. Прыжок перерос в стремительный полет. В каком-то смысле, я оседлал дракона. Я не сидел на нем, а лежал, и не на шее, а прямо на морде. Только задом наперед. И ветру я подставил не лицо, а, гм-гм, кое-что другое. Дракон очень резко дернулся вверх, затем вниз, так что мой рот наполнился блевотиной, а из носа потекла струйка крови. Заплевать дракону глаза — куда ни шло, но заблевать! Во время полета! Не успел я опомниться, как дракон нырнул в какую-то расселину, скоро оказавшейся пещерой довольно солидных размеров. Понял я это не сразу — думал, просто, в глазах потемнело. Но дракон уже совершил посадку и пробежался всеми четырьмя лапами по земляному полу пещеры, гася скорость. Легендарное Гнездо Дракона… Воняет… Сильно воняет…
   Из угла навстречу нам бросилась небольшая свинка — ах ты ж, это Грызик, дракончик двух дней от роду! Поправился-то как! Вот кого я был бы рад видеть, если бы не опасался, что добрая мамаша, притащившая меня в гнездо, уготовила мне роль вкусной добычи, которая сейчас будет разодрана на несколько фрагментов — корейка, грудинка, окорок — одним ударом когтя, чтобы Грызику есть было сподручнее. Ничего подобного! Как только я отцепился от морды дракона, и, упав на четыре точки, все-таки избавился от еще вчерашнего гномского угощения, «мамаша» ухватила Грызика, сунувшегося к моей блевотине, за шкирку и выскочила из пещеры, только ее и видели. Мне было глубоко фиолетово, почему меня не стали есть, я не мог стоять и на четвереньках. Лег, перевернулся на спину и закрыл глаза. Не знаю, что я там напутал с Древесной беседой, но настройки «авиатора» явно сбил. Еще и дракон должен был мучиться неразрешимой дилеммой: то ли зовет его дракончик из яйца, то ли вот он, уже вылупившийся! А моя скромная персона явно связана с рождением Грызика. Очевидно, Драконо-мама восприняла меня не как угрозу своему сынуле, а… по-другому. По-другому она меня восприняла, и точка…
   А Грызик-то, нареченный мной бойцом спецбатальона «О», поправился так на каких харчах, пока его мамаша публику развлекала? На казенных?
   Лежа на спине, с дрожащими руками и ногами, я стал медленно вращать головой, всматриваясь в сумрачное нутро пещеры. Драконы обладают замедленным метаболизмом, поэтому могут не есть довольно долго, но когда начинают жрать, то могут заглотнуть тушу до половины своего собственного веса. Запаха гнилого мяса не чую, но явно жрали кого-то. Вполне возможно, разумного. Или животных? Здесь же водятся, эти… скальные белки и пищухи, как это следует из содержательного доклада Лимлина.
   Вот, кстати, одна сидит, рядом со стеночкой, думает, дур-ра, я ее не вижу! Спокойствие! Там где пищуха, там и кобольды должны быть. Этих еще не хватало! Надо вставать и ноги делать!
   Пищанье и чириканье, издаваемое кобольдами, заполнившими пещеру как по мановению магического жезла, носило несколько странноватый характер. Не угрожающий, нет, скорее… умоляющий? Да, пожалуй! Ко мне направился тот самый старейшина со светящейся бородой, которого я уже имел счастье лицезреть, прежде чем меня по затылку саданули. Увидев «дедушку» я инстинктивно сделал шаг назад и, споткнувшись обо что-то, чуть не свалился на пол. Что это? Лампа Алладина? Волшебный котелок? Золотой горшок? Нет, это всего лишь традиционный гномий шлем, с маленькими тупыми рожками и прорезями для глаз. И видел я этот шлем последний раз на… Бифёре, когда он в караул заступал… Вот значит, отчего Грызик такой лоснящийся… Покормили его… Нет уж, я вам не дамся!
   Завывания остановившихся «в смущении» кобольдов становились все оглушительнее, а потом старейшина дернул себя за бороду, и она вся оказалась в его ладони. Не то светящаяся змея, не то длинная переливающаяся всеми оттенками красного нитка, не то раскаленная медная проволока! И не надо мне ее протягивать, вместо рушника! Еще каравай с солонкой сверху положи, дедуля! Спасибо, я эту дрянь в руки не возьму! На паразита похожа, да скорее всего, если с точки зрении опытного медикуса посмотреть, паразитом и окажется! Каким-нибудь червем с заумным латинским названием.
   Легким движением руки, в которой оказался нож Колдуна,