Нелюди великой реки. Дилогия

что он не понимает, что нашу веру оскорбил, так какой с мешка спрос? С неразумного? С вещи? Я как Король, Предводитель клана и Главный Хранитель Заветов свидетельствую: деяние полуэльфа не может считаться оскорбительным для Отца-Прародителя, яко не от разумного произошло, обаче и не от безумного, но от неведения предмета неразумного!
   О как завернул! Умные речи и послушать приятно, особенно если в них ни ухом ни рылом. Этому дай волю, так он докажет, что я мать родную съел, но только из уважения к институту материнства и детства. Надо же! «Обаче»! А где «Дондеже»?
   — И, во-вторых, вы что от полуэльфа ждали? — продолжал витийствовать гном, оказавшийся тем самым королем, в чей кабинет меня не пустили, и чья приемная так ненавязчиво походила на приемную «начальника» из пришлых, — Вежливости по отношению к гостеприимным хозяевам? Как пришлые говорят, посади свинью за стол, она и ноги на стол! Не вижу ничего удивительного! Так что нечего делать такие глупые рожи, работать идите!
   Ну, гримасы у окружающих были не столько удивленные, сколько яростные, однако все послушно разошлись, услышав слово «работа». Гномы…
   Толпа стала потихоньку рассасываться, а король подошел ко мне и моему новоявленному поручителю.
   — От тебя, Лимлин, теперь зависит, будет это мешок с углем или мешок с алмазами! В печь его кинуть или в золото оправить! Не подведи!
   И Биг-Банана отправился по своим государственным делам вальяжной походкой.
   — Что ж ты, Петя, наделал! — укоризненно посмотрел на меня Лимлин. — Теперь, если мы результат на гора не выдадим, нам обоим хана. Тебя и вправду в печку кинут! А результат нужен быстрый, чтобы всем хлебальники заткнуть!
   Ничего не ответив гному, я подошел к статуе Основателя-Прародителя, сдернул с нее свой свитер, так и не высохший до конца, и процитировал:
   За уши зайца несут к барабану;
   Заяц ворчит: «Барабанить не стану!
   Нет настроения, нет подготовки,
   Нет обстановки, не вижу морковки!»
   Стишок детский, но с глубоким смыслом! Ты все понял, Лимлин? Обеспечишь условия — будет результат!
   ***
   — Перво-наперво свяжешься с Глоином! Пусть сходит к приставу Сеславинскому, Ивану Сергеевичу, он мне тыщу золотом должен! Положит на мой счет в Тверском торговом банке, себе за хлопоты сотню возьмет.
   — Тысячу? — недоверчиво переспросил Лимлин, — Тысячу новых, золотом?
   — Ты не веришь мне, что ли? — оскорбленно вскинулся я, — с чего это вдруг?
   — Понимаешь, — Лимлин поскреб в бороде, — ты какой-то странный… Вот хоть на шмотки свои посмотри! Человека, например, всегда по одежде определить можно…
   — А гнома? — подначил я этого «аналитика».
   — Гнома — тем более! — отмахнулся Лимлин. — Так вот, ежели кто в байковой рубахе — это одно! В куртке из виверны — совсем другое, в камуфляже — третье! Даже если третье на втором, а второе на первом, все равно понятно — кто передо мной! А с тобой непонятно ничего: даже одежда на тебе странная, как ребус.
   Если Лимлин хочет сагитировать меня отдать свитер, то напрасно. И все же интересно:
   — В чем ребус, объясняйся уж, раз начал.
   — Вот смотри, — гном и сам пытался сформулировать беспокоящую его проблему, и это давалось ему с трудом, — сапоги у тебя такие, как эльфы или люди носят. Кавалеристы, при том при всем… Штаны — это вообще! Ощущение, что ты какого-то солдата убил, а штаны смародерил!
   Почти верное ощущение, молодец Лимлин… Только признавать это я погожу…
   — Свитер твой, слишком уж богат и заметен этот свитер для разведчика, — продолжал гном, — избавиться бы тебе от него! Но нет, ты в него вцепился, аж дым из ушей столбом валит! Тебя шеф практически спас, объявив эту тряпочку даром Прародителю, вывернув всю ситуацию наизнанку! А ты топором! Сплеча! Так профессионалы не поступают!
   — Я тебе как профессионал профессионалу говорю: если бы я своих богов продал, да вашему Первопредку свитером своим поклонился, не было бы мне веры, никакой веры мне бы не было! А так хоть понятно, что есть границы, которые я не перейду, есть вещи, которые для меня важнее, чем шкурняки! И значит, есть гарантии! А это уже репутация, деловая репутация! Так что для твоего шефа теперь я понятнее и дороже, чем тогда, когда только появился в вашем вертепе!
   Во я загнул, во загнул! Сам смутился…
   Лимлин посмотрел на меня с нескрываемым уважением, просветлев лицом и явно поставив «галочку» себе в голове. Хорошо! Пора брать быка за рога!
   — Пусть Глоин к Ивану Сергеевичу все же сходит! — продолжил я гнуть свою линию — тысяча рублей на дороге не валяется!
   Тысяча всплыла недаром: когда-то давно, сто лет тому назад, двух месяцев не прошло, как пристав городка Сеславина,