Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
Иван Сергеевич Бороздин, обещался выслать тысячу золотом за информацию о его дочери, Наташе Бороздиной. Есть у меня такая информация! Мне Наташа в ярославской контрразведке в качество одного из чинов смертный приговор зачитывала, так что пусть папаша платит! Заодно выясним, собираются меня гномы из Горы живым выпускать или у них другие планы. Если согласится Лимлин на то, чтобы его родственник, постоянно проживающий в Сеславине, положил конкретную такую сумму на мой счет, значит, скорее всего, выпустят.
— И пятьсот задатка пусть опять-таки на счет положат, тогда я вексель твой тебе верну — заявил я задумавшемуся гному.
— Доверенность нужна, — ответил Лимлин, — или ты думаешь, Иван Сергеевич на слово Глоину поверит?
Доверенность — это плохо. Там нужно число ставить… Если сегодняшнее — все агенты Ярославля будут знать, что я жив-здоров, нахожусь у гномов. Не годится. Если неделей или двумя раньше подмахнуть — у тех же гномов руки развязаны. Никто меня тогда с ними не свяжет. И появится у них искушение меня выдоить по-полной и грохнуть по-тихому…
— Не нужно доверенности. Договор между нами был секретный. Пусть Глоин только скажет, что я свою часть договора выполнил, а теперь дело за деньгами.
— Прости, Петя, на какой-то шифр или знак похоже, — с сомнением проговорил Лимлин. — будто ты Ивану Сергеевичу даешь знать о своем пребывании у нас.
— Так это секрет? — притворно удивился я. — Чего так?
— Понимаешь, — засмущался Лимлин, — если другие кланы узнают, что мы полуэльфа принимаем, да он еще над нашим Прародителм глумился…
— Не ко мне вопрос! — жестко отрезал я, — Со своих подписку о неразглашении возьмете и все чин чинарем будет!
***
Не договорились мы с Лимлином — во всех вопросах он должен был руководствоваться мнением рода, а оно было ко мне не слишком благосклонно. Зато у гнома появилось достаточно времени, чтобы высказать мне какие-то смешные претензии! Честное слово, пока мы общались у Граничного Хребта, пока ехали, все было гораздо радужнее.
— Вот ты говоришь, что не шпион и шпионом никогда не был! — Лимлин заходил на очередной круг — все по приемной Королька, где нас мариновали по два часа каждый день, а потом отсылали «на завтра». Эти «завтраки» уже приелись. Мне было абсолютно ясно, что не позволит мне местный король на двух ногах ходить, заставит на одной прыгать, но Лимлин почему-то вбил себе в голову, что должен добыть для меня это разрешение во что бы то ни стало. В результате он сидел в приемной вместе со мной, наши беседы постепенно становились все острее, а молоденькая гномка-секретарша уже не делала вида, что не слушает нашу перепалку и занимается архиважными бумагами, — просто сидела и слушала, открыв ротик. Мне это только мешало: надо было налаживать коммуникацию, а я, по привычке едва не начал распускать хвост павлин-мавлином.
— …А потом ты говоришь, что авансом не работаешь! Говорил такое?
— Ага, говорил!
— Говорил, что ни авансом не работаешь, ни на репутацию пахать не собираешься, ни на перспективу? — Лимлин устроил мне подлинный допрос, но не сидеть же в молчании, как рыбы в аквариуме…
— Так и есть!
— Вот то-то и оно! — Лимлин победоносно рубанул перед собой воздух пудовым кулаком, — Кто так себя ведет? Купцы? Они-то как раз репутацией дорожат, да и на перспективу каждому приходилось трудиться! Так рассуждать может только чиновник! Или кто-то вроде чиновника! Тот, кто сидит на твердом окладе, но карьеру не делает годами! Это какой же чиновник карьеру не делает? А есть такие! Агенты, например! Не кадровые, например!
Логика… С логикой у Лимлина как-то средненько… Вот втемяшил себе в голову неверную предпосылку, что теперь удивляться, что выводы неправильные? Да много кто «на перспективу» не работает! Э-э-э… Дворник! В чем его перспектива? В том, чтобы завтра убрать больше навоза, чем сегодня? Да и кроме дворника — я кучу народу знаю, которые, пока им аванс не выплатят, пальцем не пошевелят… Так что Лимлин, как всегда, ошибается…
Ошибся, впрочем, я: Король не пригласил нас в приемную, но вышел сам, деловой такой весь из себя, на морде лица дума о судьбе отечества.
— Я не могу нарушить законы предков!- сказал он нам с Лимлином вместо «здрасьте». — Даже и не просите! Но пока полуэльф занят делом, на пользу Рода и Горы, он, конечно, может снять веревки. Разнарядку вам Кася выпишет!
Сказать, что Лимлин был подавлен, означает ничего не сказать. У него даже вся кровь от щек отхлынула.
— Так это на кухню, что ли? — прохрипел он, взяв со стола секретарши небольшой листок сероватой бумаги, но Король уже выбежал из приемной. Дурачок, чего сидел там, как партизан в засаде, надо было сразу убегать,
