Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
— оживился гном при слове «деньги». — Вексель мой обналичил ведь у Дилли?
«В-третьих, и в самых главных, свобода!»- сказал я про себя, а затем полез в карман и высыпал в объемистую ладонь гнома пригоршню золотых монет — я их заранее приготовил. Десять рублей золотом — не такая уж и большая сумма. За все нужно платить. И хорошо, если деньгами… Как бы здоровьем не заплатить за хамство и дебош в пьяном виде…
— Тебе библиотека для чего нужна? Мемуары писать? — Лимлин после получения золота слегка смягчился. — Сидел бы себе в спальне, бумага есть, перья — на выбор! Пиши — не хочу!
— Мемуары не уйдут! А как ты смотришь на то, чтобы состав пороха раздобыть? — хитро сощурился я. — Порох?!! — Лимлина, казалось, удар хватит. — Ты знаешь состав бездымного пороха?
— Чудак, если б знал, то под заклятием бы ходил! — Что мог проверять гномский доктор своим странным агрегатом с двухцветным газом? Конечно, зрение! Ага, ага! Он проверял, под заклятием я или нет, и еще что-нибудь в этом духе. А пока был без сознания, надо мной наверняка поработали гномские специалисты, недаром же доктор проговорился, что на меня магические препараты плоховато действуют, спасибо Виталиным смарагдам! Или у меня паранойя? — Не знаю, но намереваюсь узнать! С вашей помощью!
— Не будем мы секреты союзников разнюхивать! — Лимлин посмотрел на меня с плохо скрытой гадливостью. — Но вообще-то с таким вопросом сразу к главе клана надо идти!
Союз союзом, а в аукционах «летчика», попробовавшего взять под контроль дракона, участвуете! Из научного интереса, конечно… Так что не надо тут… А если гном чего решил, так «выпьет обязательно». Лимлин подхватил меня под руку и потащил по коридору, а я незаметно вытер о новые штаны вспотевшие ладони — там же, в приемной у королька, Кася будет! Пусть и нет у меня шансов, но все же, все же…
***
Каси на месте не было. Сидела какая-то шмакодявка, годков так в триста — триста пятьдесят, толстая, надутая и важная. Глухое платье в отвратительный меленький коричневый цветочек, нос в виде перезрелой сливы и малюсенькие глазки на морщинистой роже. Король решил показать верность традициям… Но вопрос, поднятый Лимлином, не мог оставить равнодушным никого. Патроны у нас в Великоречье дороговаты, а своими секретами пришлые делиться не намерены. Так что выбить разрешение посетить библиотеку удалось сразу. Заодно и выяснилось, кто такой куратор. Это, оказывается, я плохо с гномского перевожу. Куратор — не куратор, а библиотекарь. «Указующий направление в чтении» — если не одним словом, а периодом. Немного неуклюже, зато понятно. Насколько я понимаю, по аналогии с «Указующий направление в туннеле». Или в штреке. Короче, тот, с кем не страшно заблудиться как в рукотворных ходах, так и в прочих пещерах. Первопроходец или даже первопроходимец. Но такой, который тонко чует направление и знает, куда надо копать. А с нашим куратором, выходит, не страшно заблудиться в высокоумных идеях, которыми, несомненно, наполнены старинные фолианты… Вот что осмысливать надо! «Первопроходцы» интеллектуальной жизни гномов, значит, библиотекари. А что такое библиотекарь гномов? Глаз даю, это такой специальный гном, который умеет обрезать переплет, позолотить обрез, прошить том культурненько, на обложку тисненную телячью кожу присобачить… Да и кожу подобрать, выдубить, вымочить, что там еще с кожей делают? Шрифт опять же, подновить… А учитывая, что большинство книг рукописные, выходит, что библиотекари еще и писцы, переписчики. Я что, гномов не знаю? Ремесленники…
А ведь мало кто задумывается о том, каким должен быть путь в науку, как и с чего он должен начинаться… Первое успешно завершенное самостоятельное научное исследование можно сравнивать разве что с победой в первой драке… Так же пытаешься оправдать себя: «Ну, он мог бы извиниться… непонятно, чего полез, а я не виноват…», «Ну, могли бы и раньше додуматься… непонятно, почему не заметили, а я не виноват…» Так же оглядываешься по сторонам с некой опаской: не украл бы кто эту победу, так же становишься на какое-то время преувеличенно вежлив — хоть бы и с оппонентами… Так же раздувает грудь новое, никогда прежде не испытываемое чувство, голова становится легкой, пустой, да и мир как-то изменился, краски стали ярче, насыщеннее, воздух плотнее и слаще, вода… мокрее, что ли!
Не знаю, можно ли это применить к гномским ученым… Вот взять их постановления! Хоть то самое, давно ставшее притчей во языцех, о том, что гномским мужикам нельзя жениться до сорока четырех лет. Бред! Я не знаток гномской истории, но рупь за сто ставлю, что дело было так: случилась какая-то эпидемия, хоть бы и магией наведенная, возбудитель болезни передавался половым
