Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
я. — Развели тут, понимаешь…
— Именно что развели! — рассмеялся доктор — или ты думаешь, что дети могут выйти и где-то ловить двух ядовитых, смертельно опасных змей, потом безбоязненно вносить их внутрь Горы, и все подгадать как раз к тому моменту, пока Пете Корнееву не понадобятся цветы с Парадной Клумбы?!
Да, тут он прав. Надо было сразу сообразить. Одна змея — куда ни шло. Но две? Разводят ради яда. Вот и говори потом, что гномы ничего не понимают в живой природе…
Кстати, чего это доктор так лыбится? И почему у него противоядие всегда наготове? Вывод-то только один…
— Через вас, доктор, змеиный яд идет? — уточнил я, с радостью наблюдая, как опухоль на кисти спадает прямо на глазах. — То есть вы имеете возможность выхода за пределы Горы… Полезный Вы гном, доктор… А не кажется ли Вам, кстати, что мое пребывание тут, в Горе, подзатянулось?
— Кажется, кажется… — недовольно пробурчал гном-целитель и завозил пятерней в бороде. Отвратительно как выглядит… — Без тебя, конечно, скучнее станет, но и спокойнее… А у то у тебя талант просто — навлекать неприятности на свою голову… Пошли!
Я уже хотел сказать какую-нибудь «пошлость», вроде того, что «У Вас вся спина белая!» — гном же ясно попросил: «Пошли!», — но вовремя одернул себя и проследовал за доктором внутрь больничного комплекса. К служебному ходу? Нет, к узкой и пыльной «запасной» лестнице, по которой и спустились на три пролета. Руническая цифра «пять» над небольшой, круглой и явно запирающейся герметично дверью, говорила, что мы на пятом уровне, где находятся мастерские. Но не «родовые» мастерские, эдакие небольшие заводы, а личные мастерские, где гномы почти что ради чисто эстетического удовольствия могли в свободное от отдыха и поклонения «Первопредку» время потворствовать своей противоестественной трудоголической зависимости. Трудо-алко-голической!
По сути, весь пятый уровень был выставкой шедевров кузнечного искусства, ювелирного искусства и искусства резки по камню. Выставочные экспонаты стояли или лежали прямо перед дверями каждой мастерской. Прекрасные мечи, секиры, кинжалы. Превосходные образцы самодельного огнестрельного оружия, в том числе — небольшие мортиры, украшенные сложным литьем. Уверен, что и стрелять из них можно. Поднять только нельзя… Воровать — понятно, что никто тут не ворует… Я со вздохом положил обратно узкий кортик, с ножнами, оправленными в дорогое немутнеющее серебро. Дело не в том, что совесть заедает, просто неохота доктора подставлять…
Гном тем временем распахнул невзрачную дверку одной из мастерских. Похоже, его личная. Я сужу по запаху — а пахнет как раз какой-то карболкой!
— Нехорошо выпускать тебя из Горы, даже не вооружив… — в раздумье произнес доктор, теребя нижнюю губу и поднимая с верстака нечто длинное, очень длинное. Я сперва подумал — труба водопроводная. Нет, костыль! Неестественно длинный, наверное, для великана какого-нибудь. Но нет, это не навершие костыля, это приклад такой, причем с серьезным демпфером.
— Что это? — спросил я с недоумением, оглядывая странную, смутно-знакомую конструкцию. В огромном двухметровом ружье, неладно скроенном, да крепко сшитом, больше похожем на лом, была какая-то грубоватая сила. Сходу и не поймешь: то ли ружье уродливо, то ли это не уродство, а такая своеобразная, ну очень своеобразная, красота…
— ПТРД-41 — противотанковое ружье Дегтярева, образца 1941 года, если по истории пришлых, — ответил гном. — Я только демпфер пружинный на прикладе сделал, хороший, да дульный тормоз многокамерный поставил. Однозарядка… Но выброс гильзы автоматический. Калибр 14 и 5. Прицел, извини, только два положения имеет: до четырехсот метров и до тысячи… И это, тебе все-таки с сошек стрелять сложно будет! Хочешь, я тебе в пять минут колесный станок сооружу, как у «Рукавишникова»? Я бы тебе «Симонова» дал, да уже сговорился его продать и задаток получил!
Прекрасно! Единственный приличный гном, и тот вместо нормального оружия мастерит какие-то артиллерийские комплексы вместо нормальных ружей!
— Что ж ты мне мортиру али гаубицу не предлагаешь? — язвительно спросил я, скрипнув зубами, приподнимая тяжеленный ствол. — Сколько здесь? Килограмм двадцать?!!
— Что ты! Всего-то с пуд, чуть больше… на пару килограммчиков всего…
Что ж мне так везет-то, а? Сперва огнемет в штрафбате, теперь вот противотанковое ружжо! Все как будто специально стараются нагрузить маленького худенького полуэльфа какой-нибудь дурой потяжелее! Паола Фэйри, которую пришлось потаскать на плечах в Гуляй-поле, не в счет!
— Дашь мне хоть какое-нибудь запасное оружие? Пока я эту пушку к стрельбе
