Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
никаких… Так, иногда чтото чувствуется…
Василий Васильевич, судя по голосу, мрачнел на глазах:
– Сделать ничего нельзя?
Догадаться, что колдун ответит отрицательно, труда не составило.
– Ну хоть постой тогда рядом с умным видом… Когда мы по голове ему стучать будем, можешь выйти…
– А что, начинали уже? – встрепенулся маг.
– Да нет, при задержании вырубили только… – Голос Василия Васильевича звучал куда как мрачно, и его предчувствия не замедлили оправдаться.
– Почему меня не предупредили? – А вот в голосе колдуна явственно звучало облегчение. – Если у него сотряс, то вся работа без толку – хоть настраивайся, хоть не настраивайся! Рядом, так и быть, постою, но результатов не жди!
С этими словами колдун решительно толкнул дверь и вошел в допросную с самым независимым видом. Если тут все работнички такие, то понятно, как они Гуляйполе проворонили. А не прочитать ли им лекцию «Как надо работать в контрразведке на благо родного Ярославля»? Или нет, у нас есть лучшая кандидатура на роль лектора…
– Время – деньги, Корнеев… – Василий Васильевич явно ждал того момента, когда можно будет отдать приказ безмолвному унтеру, не проронившему действительно ни звука с тех пор, как я открыл глаза. – Куда делся ваш приятель Стрекалов?
– Он не совсем мой приятель… Знакомый по Тверской академии.
– Куда делся Виталий Стрекалов, вместе с которым вы покинули Сеславин?
– Ушел.
– Как ушел? Куда? С подробностями, Корнеев.
– Мне не сказал… – В моем удивлении, с которым я пожимал плечами и покачивал головой, только опытный чародей смог бы разгадать наигранность. – Он не приятель мне – свободный человек, вышел из машины на окраине Ананьино, попрощался и ушел.
– Вы понимаете, что и вы и он подозреваетесь в краже кровавых смарагдов?
– Я тут ни при чем, – сказал я решительно.
Бросивший взгляд на колдуна Василий Васильевич скривился.
– Вы знаете, где находятся сейчас кровавые смарагды?
– Нет, – ответил я, честно глядя в глаза агенту.
– Помоему, врет, – в задумчивости провозгласил колдун, и ВасьВася приободрился.
– Знаете, знаете, не отпирайтесь… – Агент както поразительно легко заряжался оптимизмом. Его карьера, как я начинаю понимать, вся строилась на чистосердечных признаниях, полученных в допросной, где на полу есть специальный сток для крови. – Нука, Аристарх!
Старый палач подошел и неуловимым движением руки «закрутил краник» – выломал мне ухо под самым немыслимым углом. Опасности для здоровья особенного нет, даже хрящ не сломан, скорее всего, но боль – дикая!
Взвыл я в полный голос. Страшно – не показывай, больно – преувеличь. Эта заповедь не раз спасала мне жизнь, так что вопить я не стеснялся. Боюсь ли я боли? Очень боюсь. Очень, очень, очень.
– Вещички твои мы проверили, и особенно напряглись, когда, знаешь, половину каравая обнаружили. Думали, ты в мякиш смарагды засунешь… Не было в мякише ничего, – в доверительной манере, снисходительно глядя на меня, корчащегося от боли, поведал Василий Васильевич. – Так, где камни? Аристарх!
– Стойте! – взвизгнул я. – Не надо, только не ухо! Вы не представляете, какая это боль!
– Аристарх! – спокойно продолжил ВасьВася, и стоящий сбоку палач просто надавил своими железными пальцами мне на печень. Не вздохнуть! А ведь всегонавсего два пальца под ребра загнал. Без замаха. Интересно, если б кулаком ударил, я бы сразу дух испустил или всетаки помучился слегка для приличия?
Когда удалось отдышаться, я был уже морально готов. А они? Ждать не надоело? Они, похоже, тоже готовы.
– Чего вы хотите? – Воздух выливался из легких, как вода из прохудившейся клизмы.
– Скажи, где камни, – и свободен, – ВасьВась скрывал нетерпение, но в искусстве притворяться он был не из первых. Да и Локтев вон, как собака, стойку делает…
– Камней у меня нет. – Я поднял глаза к потолку, скосил их направо. Или налево надо? А мы вот как… Медленно, чтобы Аристарх чего не подумал, поднял руку, почесал нос. Заодно рванул ворот рубахи, будто он мне дышать не дает. Дышать действительно было тяжеловато, спасибо Аристарху…
– Точно врет, – убежденно сказал колдун, активно водя жезлом по кругу, – врет, как сивый мерин!
– Аристарх! – В интонациях Василия Васильевича все явственнее звучали фанфары.
– Со мной камни, со мной! – ревел я белугой, слезы так и брызнули из глаз от очередного художества Аристарха. Этот тип явно предпочитал работать сериями, когда была такая возможность. А учили его хорошо, на совесть. Я уже не вполне понимал, куда он меня очередной раз ударил: все тело явственно ощущалось одной болевой точкой. Куда ни бей – не промахнешься. Но надо было дать Аристарху
