Произошло слияние двух миров. Эльфам теперь не спрятаться в пущах, гномам — в подгорных пещерах… А вот кое-кто из нелюди прятаться и не собирается — потому и не сидит без работы охотник на нечисть и нежить Александр Волков из Великоречинска!
Авторы: Лавистов Андрей
около двух километров, но тут меня перехватили: двое пришлых неторопливо вышли изза придорожных кустов прямо по курсу движения, еще двое вышли сзади. Можно, наверное, было рвануть в галоп, но подстрелили бы, как куропатку… Да и карабины свои пришлые держали стволами вниз, не направляя их на меня. Ценю… И понтов не люблю. А однотипные камуфляжные куртки пришлых предполагали, что передо мной не романтики ножа и топора… Но и не армейцы ярославские… Расцветкато камуфляжная с армейской не совпадает…
– Полковник Тимохин приглашает на завтрак, – сорванным, но вполне командным голосом распорядился старший – не старый еще, но и не молодой невысокий мужичок, заросший до самых бровей рыжеватой бородой. Тоже, кстати, признак того, что не армейцы передо мной… Я как раз подъехал шага на два и остановился. Ребятки хорошо встали – даже подняв лошадь на дыбы, я бы не смог угодить ее копытами по обоим сразу. И, кстати, завтрак? То, что надо!
– С удовольствием, господа!
По приглашающему жесту старшего я проехал шагом еще метров сто по той же просеке, а затем мы свернули на совсем уж незаметную тропинку, выведшую нас на небольшую поляну, посреди которой горел костерок. Возле двух вместительных, исходящих паром котелков суетился совершено седой, но юркий дедок, у опушки стояли кони, а чуть поодаль от костра, широко расставив кривые ноги в подшитых кожей галифе, стоял, задумчиво покусывая травинку, сам местный помещик, фигура в моем представлении загадочная и зловещая…
* * *
– Полковник Тимохин Аркадий Никифорович, – представился хозяин оперным басом и указал на широкое бревнышко, заботливо уложенное рядом с костром и даже накрытое попоной: – Прошу!
Не успел я представиться в ответ, как костровой шмыгнул к полковнику и отрывисто доложил, что, дескать, готово все, ваш высокородь…
– Не побрезгуй солдатской кашей, Петр Андреич, – прогудел полковник, и я не без удовольствия втянул носом запах дымка, смешавшийся с запахом пшенки с салом. Подошли мои конвоиры, но рассаживаться не стали – только старший, тот самый рыжий и бородатый, сел по другую сторону от меня, перехватив быстрый взгляд полковника. Да в охраннике особой надобности и не наблюдалось – у ног полковника сидел больше похожий на рысь черный здоровенный муррпау, Мурр, даже с кисточками на ушах. Котик благодушно жмурился на огонь и облизывал усы. Свое сало он, похоже, получил первым. Ели с аппетитом, молча и быстро. «Напои, накорми меня, добра молодца, а потом уж и расспрашивай», – вертелась в голове присказка, только вот в баньке попариться мне полковник не предложил… А от расспросов точно не уйти.
– Рассказывай, Петр Андреич, как там успехи твои поживают… – Тимохин даже вздохнул, давая понять, что особо на мою удачу не надеется… Выяснилось, к моему крайнему удивлению, что полковника интересует судьба не когонибудь, а Наташи, дочки Ивана Сергеевича…
– Мы с Ваней в одном батальоне служили… – поделился Тимохин давнишними воспоминаниями, автоматически почесывая подставившего горлышко Мурра. – Лучше его не было у меня взводного… Все еще шутили, что нет такой бабыаккуратистки, которая бы ему подошла, воспитывать с нуля придется… А когда он в отставку вышел, мы ему такие проводы устроили… – Полковник аж причмокнул от удовольствия. Скрыв кривую ухмылку в рыжей бороде, мой провожатый склонился над своей миской с кашей… – А теперь он мне письмишко прислал, где про Наташку да про тебя все расписал. Так что рассказывай, у меня душа болит…
– Да нечего рассказывать, Аркадий Никифорович, пока тудасюда, в Ярославле вот задержался, теперь в Гуляйполе еду, там про «Крем» попробую выяснить… – Я поймал себя на мысли, что отвечаю почти искренне и даже с удовольствием. И верю, что у полковника душа болит… А ведь он даже и не начинал меня вербовать!
– По поводу Ярославля – подробнее! – потребовал Тимохин, и я поразился естественной властности его тона. – Отставить! Не надо подробнее, а то придется тебя задерживать. А у меня на тебя планы большие…
– Все, что в моих силах, господин полковник! И кстати, в Ярославле, кроме того что меня в контрразведке чуть не уморили, ничего со мной и не произошло!
– Агаага! Зубыто не заговаривай, Петр Андреич, я в контрразведке не служу. Но все, что мне надо, узнаю в сжатые сроки. И то, что ты эльфов обратно в Пущу отправил, – молодец, ценю!
– Кто доложил? – Арквейн всю ночь со мной была – кто остается? – Кемменамендур?
– Чем ты ему, кстати, так насолил? Никогда не видел старичка в такой ярости! Но если дочку соблазнил, то я тебе не завидую: она у него в любимицах ходит… У меня тоже…
– Хмыхмхрр! – закашлялся я. – Всетаки Кемменамендур? Зачем ему?
– Замнем для ясности. – Полковник был настроен както очень
