Неподдающаяся

недовольный тем, что его игнорируют, но я внезапно зашипела и встала между ним и пареньком.
— И что это значит? — нехорошим тоном поинтересовался он.
Ирик старательно засовывал в рот ту часть пирога, до которой Арк еще не дотянулся.
— Он — мой. Так что не смей распускать когти.
— Я ведь ревную, милая,- неожиданно ласково и одновременно с угрозой сказал Рисе, отодвигая меня в сторону и глядя на Арка почти с ненавистью.
— Чего? — пискнула я.
— Доведем этого щенка до ворот, а там пусть чешет куда захочет.
Я возмущенно хотела было возразить, но встретилась с глазами Рисса и содрогнулась. С таким взглядом убивают, причем совершенно не интересуясь силой и числом противника.
Волосы на затылке встали дыбом, хвост заметался по сторонам, я сама не заметила, как начала шипеть.
— ТЫ — МОЯ! — рявкнул он мне в лицо так, что я чуть не упала.
— Как романтично! — задумчиво сообщил Арку ирик.
— Он просто мальчик!
— А мне плевать.
Ну все! Я подошла к нему и… поцеловала, обвив руками шею и прижавшись всем телом.
Секундная растерянность, и вот он уже с силой прижимает меня к себе и жадно отвечает на поцелуй.
— Кто-нибудь ущипните меня,- послышался жалобный возглас ирика, тут же сменившийся воплем: — Ой, да не там же!!!
Мгновение растянулось в целую вечность. Прервало нас тихое покашливание старосты. Рисе недовольно от меня оторвался и посмотрел на него крайне угрожающе. Староста вздрогнул, но не убежал и даже вспомнил, что хотел сказать.
— Лошади готовы. Провиант собран. Вы готовы? Люди волнуются.
Сообщив все это, он развернулся и вышел. Я улыбнулась, кладя голову на грудь Риссу. Он только крепче прижал меня к себе.
— Не хочу вмешиваться,- раздался вредный голос Зябуса со стола,- но нам пора. Вы закончили целоваться?
Рисе зарычал, я же почему-то рассмеялась весело и открыто, как не смеялась уже давно.
Парня мы взяли с собой. Рисе еще целый час был не в состоянии мне хоть в чем-то возразить, чем я беззастенчиво начала пользоваться.
Провожали нас всей деревней, махая на прощание арбалетами. Кот, показавшись ненадолго из домика, сообщил, что провизии нам теперь хватит чуть ли не на месяц. Мы сообщили ему о новом попутчике, и он тут же скрылся снова — пересчитывать рацион.
Для Арка мы тоже купили лошадь, правда, он довольно долго от нее шарахался, но в конце концов сдался и залез в седло, вцепившись в несчастную так, что она чуть не понесла. Еле успокоили обоих. Рисе крайне ревниво следил за тем, как я вожусь с пареньком, но я не обращала на это внимания.
Но вот наконец-то ворота деревни скрылись за ближайшим поворотом и можно было хоть немного расслабиться и больше не ждать стрелы в спину.
— Расскажи о себе,- требовательно попросила я Арка, пока ирик копался у меня в кармане куртки, нагло тыря оттуда семечки и орехи, прихваченные со стола.
— О чем? — хмуро спросил парень, глядя почему-то на спину ехавшего чуть впереди Рисса.
— Где твои папа и мама? — спросил с набитым ртом ирик, перебираясь ко мне на голову.
Я погрозила ему и попыталась сдернуть его оттуда за лапку, но он не дался.
— У меня их нет.
— А кто есть?
— Я есть. Все.
— Бедный. Орех хочешь? — предложил с моей макушки ирик.
Арк отрицательно мотнул головой. На макушке захрустели, на нос упали крошки.
— Зябус!
— Сяво? — откликнулся он с набитым ртом.
— Слазь!
— Не-а. Мне и тут ховофо. Орех хофеф? Ух, доберусь я до него!
— Я вообще о себе мало что помню,- неожиданно заговорил Арк, и я отвлеклась от Зябуса.- Где родился и кем был — не знаю. По-моему, это вообще не мой мир. Люди пугаются. Иногда кормят. Редко. Чаще бьют. Звери добрее, с некоторыми охотился. Но когда голодные — пытаются съесть, приходится защищаться. Вчера потерял стаю, их съели. Чужая стая меня не приняла. Пришел к стенам, думал — помогут.
— Помогли! — вздохнул Зябус и кинул в паренька орехом. Парень орех поймал и, обнюхав, отправил в рот.
Я задумалась.
— Как давно здесь оказался?
— Пять полных семь лун назад.
— Семь лет, значит,- кивнул Зябус.- Кстати, а ведь и ты потеряла память, когда тебя сюда вызвали.
Может, и его вызвали? Эй, Арк, а ты не помнишь, где именно ты появился? И не было ли при этом рядом кого-нибудь в черном, кто бы заявил, что ты, типа, его раб и все такое?
— Был,- подумав, кивнул Арк. Мы все трое напряженно на него посмотрели.- Я его съел. Ирик икнул.
— Н-да-а,- задумчиво протянула я.
— Голодный был,- кивнул паренек.
Дальше ехали молча, на Арка смотрели настороженно, думали, как будем избавляться. А то мало ли — проголодается.
— А как выглядел тот,