Неподдающаяся

и не сумев вдохнуть. Как же мне все это надоело. Последнее из трех сердец с жуткой частотой билось в груди, не справляясь буквально ни с чем.
А тени подходили к кровати, на которой лежал Илл, уже открывший глаза и пытающийся пошевелиться. Они молча занесли над ним клинки и молча же их опустили.
Как я успела оказаться между ними и Иллом, как смогла вонзить когти в их сердца и оттолкнуть от хозяина — не знаю. Но я сумела это сделать, захлебываясь кровью и рыча из последних сил.
— Ишша,- прошептал Илл, пытаясь встать. Его качало, он невидяще щурился и падал обратно, но упорно повторял попытки.
К сожалению, встать пытался не только он. Неужели промазала? Впрочем, неудивительно в таком-то состоянии.
— Отойди.- С жуткими ранами в груди, они все же поднялись, встав напротив меня.
Как держалась на ногах я — не известно никому. Перед глазами постоянно появлялись какие-то непонятные образы, колени подгибались, было трудно дышать. Хреново.
— Отойди, и мы тебя не тронем. Нам нужен только он. Кольцо будет твоим,- проговорил второй, наскоро сращивая раны.
Все же их сердца я не задела. Через пару мгновений они будут как новенькие. Я — нет.
— Зачем он тебе? Умрешь ведь ни за что.
Позади меня раздался грохот — Илл, пытаясь встать с кровати, упал на пол из-за нехватки сил. Слаб так, что на ногах не стоит, а все туда же — драться. Вот ведь дурак. И на что он мне сдался?
Левая нога подогнулась, и я рухнула на колено. Как странно, столько крови вокруг. Я и не знала, что ее у меня так много.
Второй и третий бросились вперед, выставив перед собой клинки. Они целились в поднявшегося позади меня Илла. Сил отбивать удары, а уж тем более наносить их уже не было, и я просто встала в последнее мгновение, чувствуя, как холодная сталь пронизывает и без того изувеченное тело. Больно.
Удар такой силы отбросил меня назад, прямо на грудь Иллу. Он сомкнул руки вокруг меня, сам едва держась на ногах.
— Ишша,- прошептал он, покачиваясь и прижимая меня к себе.- Ишша, Ишша.
Я улыбнулась и, вздрогнув, почувствовала, как прекратило биться третье сердце. Паршиво. А ведь я еще хотела вспомнить прошлое и вернуться с Зябусом домой.
— Хозяин,- шепнула я, давясь кровью.
— Что?
— Закрой глаза.
Он не понял, а мои руки уже начертали кривые символы в воздухе перед все еще ошеломленно рассматривающими меня вторым и третьим.
Вспышка врезала по глазам с такой силой, что чуть не выжгла их, а тени с воем растворились в первозданном свете.
Боль отступила. Тело погрузилось во что-то вязкое и липко-холодное. Наверное, смерть.
— ИШША!!!!
Что-то хлестнуло по телу, ворвалось внутрь и резко, без спросу дернуло обратно, буквально запрещая умирать! Я взвыла, сопротивляясь и пытаясь вытолкнуть это что-то назад. Но тут пришел кто-то еще и направил весь этот обезумевший поток в одно русло. И тело, сдавшись, вновь начало жить, врезая мощным болевым ударом по каждой клетке моего существа. Крик все-таки сорвал связки, когти высекли на мокром от крови полу глубокие борозды, спина выгнулась в спазме, голова с широко распахнутыми глазами откинулась назад.
— И не надейся,- сказал кто-то рядом,- умереть мы тебе не дадим.
Гады.

Кот и ирик смотрели на меня огромными грустными глазами, сидя у кровати. Я давилась овсянкой, угрюмо глядя на склизкую сизую массу в тарелке.
— Ты уверен, что от этого я пойду на поправку? — в сотый раз уточнила я, ковыряясь ложкой в месиве и пытаясь понять, как это вообще можно есть.
Кот закивал, а ирик и вовсе перелетел мне на ноги, продолжая действовать на нервы скорбными взглядами.
— Зябус, я не умираю.
Хотя, взглянув сегодня с утра на себя в зеркало, я была, мягко говоря, потрясена: бледная до синевы, с заострившимися чертами лица, вся в бинтах, местами окровавленных. Да еще и худая настолько, что можно было смело изучать особенности моего скелета. Вот это я понимаю — бросить все силы организма на выживание.
Илл лежал в соседней комнате, восстанавливался после того, как отдал чуть ли не все силы на то, чтобы вытащить меня с того света в буквальном смысле этого слова. И если бы не своевременная помощь проснувшегося гораздо позже Рисса, на том свете мы бы оказались вместе.
Вопрос: а на фига я его тогда спасала?
Этот вопрос я задала ему лично, когда с трудом добралась до соседней комнаты и удостоверилась, что хозяин все еще дышит. Обрадовавшись сему факту и заглянув в его несчастные глаза, я тут же принялась его душить, шипя и ругаясь на родном языке. За этим животрепещущим занятием меня и застукали кот и ирик, позвали Рисса (он сидел на коне,