Непокорная

ваша светлость, — спокойно ответила Миранда. — Я лишь счастливо спаслась во время шторма — меня подобрал турецкий корабль.
— Я имею в виду ваше бегство из царства теней, — быстро нашелся князь.
— Моя жена родилась под счастливой звездой, — холодно заметил Джаред. — А я намерен впредь не спускать с нее глаз.
— Если бы леди Данхем была моей женой, я бы тоже не выпускал ее из виду, — усмехнулся ему в лицо Черкесский.
Взгляды их встретились. Черкесского не удивила откровенная ненависть, которую он прочел в глазах Джареда Данхема. Итак, лорд все знает! Он любит свою жену и будет защищать ее. Значит, они никому ничего не скажут! Следовательно, с этой стороны ему ничто не угрожает…
— Жаль, что я не могу убить его, — прошептал Джаред, когда они с Мирандой продолжили танец.
— Интересно, что он здесь делает? — шепнула Миранда.
— Думаю, Дарья де Ливен и Эмили Коупер в курсе. Задай этот вопрос им. А я улучу минутку и переговорю с Пальмерстоном. Возможно, у Черкесского есть официальные причины, хотя я сомневаюсь.
— Простите, милорд? — обратился к Джареду молоденький юноша. — Кажется, это мой танец.
— Ах да, простите! — Джаред отступил назад, и Миранда закружилась в вальсе.
Разузнала о Черкесском Аманда. Когда объявили о прибытии князя, она ужаснулась и вознегодовала едва ли не больше, чем сама Миранда.
Когда настало время ужина, Аманда едва дождалась удобного момента. Ей не терпелось рассказать все, что удалось выведать.
— Его беременная жена покончила с собой, — взволнованно сказала она. — Что могло заставить несчастную решиться на такое?!
— Кажется, эта трагедия приобрела скандальную известность? — переспросил Джаред.
— Не сказала бы, но шум был. Слухи, сплетни… Но дело не в этом. В Англии князь подыскивает себе новую жену и, говорят, остановил свой выбор на Джорджине Нортгемптон! И ее родители приветствуют это.
— О Боже, — прошептала Миранда. — Этот человек — чудовище. Он убийца, гомосексуалист и развратник. Несчастное дитя!
Джаред, неужели мы не можем помешать, расстроить этот ужасный брак? Герцог и герцогиня совершенно не знают князя. Это же сам сатана!.. Нельзя же слепо доверяться титулу!
Адриан Суинфорд печально покачал головой.
— Миранда, к сожалению, это невозможно! Мы не можем разоблачить этого негодяя. Представь, что будет, если всплывет твоя подлинная история. Дело касается не только тебя, но и моей семьи. Я не могу допустить этого, особенно теперь, когда у нас родилась дочь. Думаю, герцог поинтересуется репутацией будущего зятя. Уверен, все кончится хорошо.
Они сидели за одним из многих банкетных столиков, беспорядочно разбросанных по огромному залу. Повсюду стояли пышные пальмы в огромных желтых и белых веджвудских горшках. Стоя за этим экзотическим зеленым укрытием, Белинда де Винтер услышала все, что ей нужно было узнать. Ее взгляд скользнул по фигуре мужчины, которого она так страстно желала. Лорд Данхем не выходил у нее из головы. Белинде хотелось пробежать пальчиками по его великолепному жезлу, ласкать его — ласкать долго, чтобы Джаред, обезумев от страсти, забыл обо всем на свете. Господи! Она бы не отказалась повалиться вместе с ним на пол прямо сейчас, в этом банкетном зале! Она судорожно вздохнула, едва не лишившись чувств от одной лишь мысли о близости с ним.
Однако она быстро справилась с собой. Мечты, даже самые пылкие, не вернут ей Джареда! А он должен вернуться… Ей еще никто никогда не отказывал. И никогда не откажет!
На следующий день в Пултней-Холл, где остановился Черкесский, пришло письмо на его имя. Оно гласило:
«Если вы имеете серьезные намерения в отношении Джорджины Нортгемптон, то я берусь обеспечить полный успех вашего предприятия. В ваших интересах уделить мне несколько минут вашего времени».
Посылая горничную с этой запиской, Белинда приказала ей дождаться ответа. Она не сомневалась в успехе. Никогда еще не был он так реален!

Принц-регент давал роскошный костюмированный бал для двух тысяч приглашенных. Наступление весны было великолепным поводом для пышного карнавала в знаменитых садах принца.
В Лондоне не осталось ни одной свободной портнихи; молодые модистки лезли из кожи вон, понимая, что этот маскарад — прекрасный случай создать имя и репутацию.
Герцогиня Нортгемптон долго ломала голову — идей насчет костюмов для Джорджины и Белинды не было, хоть плачь! Наконец она решила, что если они будут римскими весталками в белых муслиновых туниках и венках из нежных оранжерейных роз — желтые для Белинды и розовые для Джорджины, — то успех ее девочкам обеспечен.
Герцогиня