Непокорная

два. Следили за мной с вашего наблюдательного пункта, а потом ускакали. Нехорошо…
Миранда покраснела.
— Молчите?
Она опустила глаза.
— Ну, хорошо. Вы, вероятно, хотели побыть одна. Но и я не собирался навязывать свою компанию. Я понимаю, вам сейчас нелегко. Но ведь и мне, может, тоже! Вам не приходило в голову, что у меня до сих пор не было ни малейшего желания жениться? А если и было, то только на женщине, которую я полюблю! А вы капризничаете и думаете только о себе. Через месяц сюда приедут мои родственники, а до этого, думаю, я сумею научить вас правилам хорошего тона, — решительно закончил Джаред.
— Мне страшно, — тихо прошептала Миранда.
Она и не собиралась ему возражать!..
— Миранда, дорогая, что вас так пугает? — ласково спросил он.
Она взглянула на него, и Джаред оторопел. Ее глаза были полны слез.
— Я боюсь становиться взрослой, — призналась она. — Боюсь тех чувств, которые вы во мне вызываете. Не понимаю, что со мной происходит, когда вы прикасаетесь ко мне. Боюсь, что никогда не стану хорошей хозяйкой, хотя обожаю Виндсонг, и вы это знаете Вот и манеры не те!.. Никудышная из меня получится жена! Я понятия не имею, как развлекать гостей, И непринужденную беседу вести не умею… Вечно всем говорю в лоб то, что думаю.
Волна жалости захлестнула Джареда, и тем не менее он понимал: посочувствуй он ей сейчас, она еще больше отдалится от него. Ему хотелось посадить ее себе на колени, приласкать и утешить. Он протянул через стол руку и коснулся ее ладони.
— Посмотрите на меня, дикая кошечка, и послушайте, что я вам скажу Нам обоим не мешает повзрослеть. Я тоже в течение долгих лет старался обходиться без сложностей. Так продолжалось бы и впредь, не свались на мою голову Виндсонг. Вы и представить себе не можете, какую я взвалил ответственность на свои плечи! Давайте договоримся — будем взрослеть вместе.
— А у вас есть кто-нибудь?
— В каком смысле?
— На ком бы вы хотели жениться?
— Нет, дикая кошечка, никого нет. — Глаза его сверкнули. — Ну и как? Рада или разочарована?
— Рада, — просто ответила она.
— Смею ли я надеяться, что вы, как это принято говорить в высшем обществе, испытываете ко мне нежную привязанность?
— Нет, — ответила Миранда. — Просто мне не хочется лишиться своего состояния.
Джаред расхохотался.
— Бог мой, Миранда! Ну и язычок у вас! Вы хотя бы знаете, что такое такт? Совсем не обязательно говорить в лоб все, что думаешь.
Можно высказаться осторожно и в то же время вполне откровенно.
Он поцеловал кончики ее пальцев, и Миранда смущенно отдернула руку.
— А что я должна была сказать? — спросила она, заставив себя взглянуть ему прямо в глаза. Джаред улыбнулся.
— Ну, например, что пока еще не уверены в своих чувствах…
Великосветская дама, так та наверняка покраснела бы и проговорила:
«Фи, сэр! Как можете вы об этом спрашивать?» Правда, это не совсем в вашем духе, но надеюсь, вы понимаете, куда я клоню.
— Понимаю, хотя, по-моему, глупо ходить вокруг да около, когда можно сказать все без обиняков.
— Конечно, глупо! Но иногда это просто необходимо. Люди, как правило, не любят выслушивать правду. Так что доверьтесь мне, Миранда, и будем с вами взрослеть вместе. А теперь, — Джаред встал и, обойдя вокруг стола, взял Миранду за руку и притянул к себе, — поговорим о другом. Вы сказали, что боитесь чувств, которые я в вас вызываю. А знаете ли вы, что и вы возбуждаете во мне те же самые чувства?
— Правда? — едва выдохнула Миранда. Он стоял так близко, что она ощущала его запах, исходящее от него тепло, видела, как бьется на шее жилка.
— Правда, — чуть слышно сказал он и обвил рукой ее тоненькую талию.
У Миранды перехватило дыхание. Зрачки расширились и потемнели. Наклонившись, он поцеловал ее в губы.
— Правда, Миранда, — шепотом повторил он. — Когда я вас вижу, у меня голова идет кругом.
Он страстно прильнул губами к ее рту. Она затрепетала, обмякла и прильнула к нему. Он покрывал поцелуями ее лицо, нежную шею, грудь. Не в силах сдерживаться, подхватил ее на руки и понес к кровати.
Опустив ее на одеяло, он лег рядом не раздеваясь и притянул к себе. Ее охватило новое, не изведанное прежде чувство. Ленточки на рубашке развязались, и, когда Джаред коснулся жадным ртом набухшего соска, Миранда ощутила как бы тянущую боль внизу, в укромном тайнике между ногами. Его пальцы без особого труда добрались до заветного местечка и нежно поглаживали его.
Сладкие мгновения растягивались, и, казалось, прошла целая вечность до того, как он перевернулся на спину и, взяв ее руку, положил на свой вздыбленный бугор. Миранда провела по нему ладонью раз,