Непокорная

в щеку, — в одежде леди Данхем. Само собой — кольца, брошки, серьги. Утопленников, как правило, опознают по одежде. Думаю, ты понимаешь почему. Все будут уверены, что это труп леди Данхем. Ну, Сашенька, как тебе мой план?
— Склоняю голову перед вашей мудростью, мой обожаемый князь!
— А теперь отправляйся в посольство к английскому кучеру.
Думаю, он узнал что-нибудь для нас полезное.
Саша, поймав руку князя, запечатлел на ней поцелуй.
— С величайшей радостью, мой милый, — проговорил он и, встав с кровати, быстро вышел из комнаты.
— О чем это ты шептался со своим прихлебателем? — спросила Джиллиан на безупречном французском.
— Моя душечка, Саша всего-навсего сомневается в твоей искренности, — улыбнулся князь.
— Да этот поганец просто ревнует! — воскликнула Джиллиан. — Надеюсь, ты ему не поверил?
— Я его разубедил, дорогуша моя, — ласково прошептал Алексей Черкесский. — И довольно об этом. Поцелуй меня, душечка!
А в это время Миранда тщетно наводила справки о муже. Приглашенных на ужин оказалось столько, что о беседе с послом не могло быть и речи. Ее посадили рядом с секретарем посла. Учтивый дипломат заверил, что посол непременно примет ее на следующий день.
— Прошу вас, скажите, жив ли мой муж? — взмолилась Миранда.
— Бог мой! Ну конечно! — воскликнул тот. — Выкиньте эту мысль из головы!
Миранда с трудом сдерживалась, чтобы не повысить голос.
— Лорд Пальмерстон будто в рот воды набрал, — сказала она. — Ни единого слова!
— Кретин… — пробормотал секретарь, проявив таким образом сочувствие. — Прошу прощения, миледи, — спохватился он.
— Пустяки, мистер Морган! Я этого Пальмерстона и похлеще называю, — заметила Миранда. Секретарь хохотнул.
Над Петербургом сгустились розовато-лиловые сумерки. Во дворе посольства легли густые тени. Саша неслышно подошел к карете посла.
— Опять пришел? — удивился англичанин.
Саша весело ухмыльнулся.
— Мой хозяин задал мне хорошую взбучку, — улыбнулся он, решив изобразить рубаху-парня. — Иди, говорит, и узнай побольше об очаровательной златокудрой незнакомке. А не то, пообещал, шкуру с меня спустит…
Кучер сочувственно покачал головой.
— Все они, толстосумы, одинаковы. Уж если что втемяшилось в голову, вынь им да положь. Ладно, малый, знаю кое-что. Случайно услышал на кухне, когда ужинал. Приехала она к мужу. Он был в Петербурге по каким-то делам. Посол — его друг, потому-то и пригласил ее на ужин. А лорд Данхем даже и не подозревает, что его жена здесь. Уже неделя, как он отбыл в Англию. Вот такие дела!
Завтра повезу ее к послу на чай, вот тогда он и сообщит эту новость.
— Ну спасибо! Мой-то должен быть теперь доволен, — сказал Саша и вытащил из кармана серебряную монету. — Будь здоров, дружище!
Узнав, что муж жив-здоров, Миранда немного успокоилась. После ужина начались танцы, и недостатка в кавалерах у нее не было.
Заплывшие жирком дипломаты, вкусив отменных вин из представительских запасов посла, не на шутку осмелели. И только один мужчина выделялся среди них статью и благородством.
Это был принц Мирза-хан, сын турецкой принцессы и грузинского князя. Он неофициально представлял интересы Османской империи в России и, насколько Миранда могла судить, оказался в этот вечер единственным джентльменом, заслуживающим внимания.
Это был высокий, необыкновенно привлекательный мужчина с вьющимися волосами, темной щеточкой усов над чувственным ртом, синими глазами и бархатистой кожей. Будучи мусульманином, в танцах он участия не принимал и, когда Миранда отказала нескольким джентльменам, чтобы перевести дух, подошел к ней.
— Хорошенькая женщина не должна хмуриться, — сказал он, — а то будут морщины.
Миранда обернулась. Бирюзовая пучина ее глаз поглотила его мгновенно. У принца Мирзы-хана перехватило дыхание. — Простите мою резкость, — заметила Миранда, — но я бы предпочла, чтобы вы не кокетничали со мной, как остальные присутствующие. Полагаю, вы намного умнее и образованнее их.
— Ну что ж, тогда поверьте мне, миледи, что вы одна из самых красивых женщин, которых я когда-либо видел.
— Благодарю вас! — ответила Миранда.
Она вспыхнула, но взгляд не отвела, и ему это понравилось.
Они продолжали непринужденно беседовать. Наконец принц сказал:
— Не в моих привычках завидовать богатству других, но у вашего мужа есть то, что вызывает зависть.
— Что же это? — спросила она.
Его синие глаза глянули на нее, и ее словно окатило теплой морской волной.
— У него есть вы, — ответил принц и, прежде чем она успела прийти в себя от удивления, взял