Неправильная свадьба

платьица, в котором ты выходила за меня.
— А тебе не кажется, что красный лучше всего подходит для свадьбы с дьяволом?
— Тогда ты считала иначе, — негромко возразил он. — Помню, как ты…
— Я была не в себе! — прервала она его резко.
Ведь безумие освобождает практически от любой ответственности.
— Не в себе? — повторил Колин. — Уже ищешь оправдание для двоемужества?
— У меня нет двоих мужей!
— Лишь благодаря моему своевременному вмешательству.
Да он кого угодно сведет с ума!
— Своевременному? По твоим подсчетам, мы женаты два года.
— Я хорошо считаю, — заявил Колин.
Просто невероятная наглость! Но, может быть, являясь законным супругом, он чувствует свое превосходство над Тодом, который так и не стал ей мужем? Проклятье, ведь он прав! Он же даже физически превосходит ее почти мужа — они одного роста, но Колин мускулистее и вообще внушительнее.
Как мужчина он весьма и весьма привлекателен… Но она должна побороть это влечение или хотя бы попытаться.
— Когда ты узнал, что мы все еще женаты? — спросила девушка.
— Какая разница? Главное, что я вовремя об этом сказал, — ответил Истербридж, пожав плечами.
Он специально устроил это представление!
— Мой адвокат свяжется с тобой, — сказала Белинда, стараясь не показывать волнения.
— С нетерпением жду.
— Я добьюсь аннулирования нашего брака.
— Только не сегодня. Увы, законы штата Невада не столь быстры, как тебе бы того хотелось.
Да, в этом он прав. Ее свадьба испорчена. Целиком и полностью.
— Я определенно была не в своем уме, когда выходила за тебя, — повторила Белинда, стараясь найти хоть какое-то утешение.
— Если помнишь, мы решили — во всем виноват переизбыток алкоголя, — парировал Истербридж.
— Да, ты был пьян! — воскликнула Белинда. (В ответ маркиз лишь кивнул.) — И вообще, это называется мошенничеством, — продолжила она. — Тогда ты притворился совершенно другим человеком. И что нам теперь делать?..
— Остаться вместе!
— Ни за что!
Белинда хотела уже уйти, но к ним подошли дядя Хью и епископ.
— Надеюсь, ты можешь все это объяснить? — начал дядя.
Определенно, весь мир сошел с ума!

Месть.
Отвратительное слово.
«И все же, — думал Колин, — оно предполагает личную вражду, а Вентворты и Гранвилы передают ее по наследству».
Кровная месть… вендетта — возможно, так правильнее? Эта вендетта внесла свою лепту в их отношения с Белиндой. Из-за нее их вспыхнувшая в Лас-Вегасе страсть была приправлена осознанием запретности. И из-за нее же Белинда сбежала от него на следующее утро.
С тех самых пор он хотел заставить девушку признать, что она любит его. Колин решил раз и навсегда победить Вентвортов, тем самым положив конец бесконечной вражде между семьями.
Наслаждаясь видом из огромного, во всю стену, окна, Колин мысленно готовился к неизбежной встрече. С тринадцатого этажа открывается отличный обзор. Чудесный солнечный день, почти как вчерашний…
Вчера, правда, его жена почти, что вышла замуж еще раз.
В свадебном платье Белинда была просто божественна, вот только после встречи с ним в ней не осталось ничего ангельского. Скорей уж невесте хотелось то ли придушить его, то ли умереть самой от унижения.
Колин улыбнулся своим мыслям. Тихая снаружи, страстная внутри. Именно это-то и влечет его — желание стереть все внешнее и обнажить настоящую женщину, скрывающуюся внутри.
И если судить по вчерашней встрече, Белинда совсем не изменилась — все та же страстность, по крайней мере, рядом с ним. Со своим новым женихом она вела себя холодно и сдержанно — прекрасная, но отстраненная фарфоровая кукла с красивым личиком, во всяком случае, так было до его появления.
Высокая прическа, прекрасное лицо, тонкие брови, карие глаза, прямой носик и прямо-таки до неприличия пухлые губы. Соблазнительные формы прикрыты свадебным платьем цвета слоновой кости, с короткими кружевными рукавами и кружевами на декольте, которые удерживают платье в рамках приличия.
Когда Белинда повернулась и посмотрела на него сквозь фату, Колин почувствовал волну жара, внутри его все замерло.
Он стиснул зубы. Белинда была прекрасна — так же прекрасна, как и в день их свадьбы. Но тогда девушка была так взволнована, так нетерпелива! Ее глаза горели, а сладострастные губы обворожительно улыбались… В ней не было ни следа той надменности и заносчивости, которая полагается представительнице рода Вентвортов, лишь страстность и чувственность. Справедливости ради надо отметить: отстраненность появилась на следующее утро, но даже сейчас Колин вызывает у нее столько эмоций! И это не может не радовать…