Несбывшиеся надежды

— Выходит, застолье устроят на катере? — удивился-ся Артём. — Но ведь будет тесно. Понадобится большой теплоход, — пошутил он.
— Ладно уж, открою тайну, хотя программу гульбы просили не разглашать, — дружески подмигнув, объяснил инженер. — Гостей после защиты отвезут на катер для прогулки по Днепру. На палубе будут устроены танцы, а на корме накроют стол для фуршета.
— И всего-то? — Артём был явно разочарован. — Речная прогулка — это хорошо, но все будут голодные, как волки. И с тощего фуршета перепьются.
Главный инженер посмотрел на него как на малое дитя и, похоже, обиделся.
— Плохого же ты мнения о нашем щиром гостеприимстве, — покачал он головой, — На катере устроят лишь легкий закусон, а настоящая еда будет на стоянке.
— Катер причалит в каком-нибудь живописном месте? — обрадовался Артём.
— Вот именно, в устье Десны, — подтвердил заводчанин. — Там гостей будет ждать настоящая рыбацкая уха и шашлыки. Даже артистов привезут. Лучших!
Знакомый Артёма сказал правду. Сама защита Казанцева прошла довольно бледно, так как диссертант слишком волновался. Из-за этого он скомкал доклад и говорил так тихо, что ничего не было слышно. Но все кончилось хорошо, ибо в зале появился Дейнеко. Поскольку ректор обычно не присутствовал на кандидатских защитах, это было равносильно сигналу голосовать положительно. Зато гуляние устроили великолепно!
Был теплый солнечный день. Конец мая. На городской пристани гостей ждал речной катер. Из репродуктора гремели марши. Всех пригласили на корму, где «по простому» был накрыт длинный стол. Из выпивки доминировала «горшка з перцем», а из закуски — нарезанная крупными ломтями отварная белуга, свиной окорок и свежие овощи.
Тот памятный фуршет, в сочетании с танцами на палубе и прекрасной погодой, так подогрел гостей, что, когда выгрузились на берег и уселись за грубо сколоченные столы — округу огласили русские и украинские песни. Пировали и веселились допоздна, и лишь с наступлением темноты автобусы доставили всех в город.
Следующим вечером Артём вместе со всеми, кто сопровождал Казанцева, вернулся в Москву. Сам Михаил Иванович задержался, якобы для оформления документов по защите, а на деле, чтобы продлить празднование своего успеха в узком кругу местных руководителей. Но свое слово сдержал и днем устроил встречу Артёма с Дейнеко. Он привел его в кабинет ректора и с ходу взял быка за рога.
— Вот, Николай Викентьевич, это мой помощник, о котором вчера тебе говорил. Поверь, он очень способный парень, и нам еще пригодится. Ковач не дает ему раньше себя защитить докторскую. Наумов не спешит «поперед батьки», но тот ведь не чешется. Надо бы помочь!
Дейнеко, крупный мужчина, похожий на красавца-цыгана, бросил проницательный взгляд на Артёма и вежливо предложил:
— Присаживайтесь, молодой человек! Я знаком с вашим трудом, — указал он на монографию Артёма, которая лежала на его столе поверх стопки новых книг. — Как видите, стараюсь не отставать от жизни. Это вы на нашем заводе помогли запустить поток по ремонту спецо-борудования?
— Он самый. Его работа позволит нам широко развернуть восстановление запчастей, — за него ответил Казанцев. — Уверен, что Наумов принесет еще больше пользы, если станет доктором.
— Ну, что же, пусть представит нам свою работу, — раздумчиво произнес Дейнеко, как бы не решив еще окончательно, стоит ли ему проявлять милость. — Заслушаем ее на кафедре ремонта — и тогда посмотрим.
— Боюсь, что Рудольф Юрьевич будет этим недоволен, — осмелился все же сказать свое слово Артём.
— Об этом не беспокойся, — перейдя на ты, самодовольно улыбнулся Дейнеко. — Я с ним договорюсь, если и впрямь твоя работа так хороша, — он с улыбкой кивнул на Казанцева, — как считают руководители министерства.
Нечего и говорить, что Артём возвратился домой в прекрасном настроении. Дейнеко был не из тех, кто бросает слова на ветер, и он верил в то, что сумеет на кафедре ремонта показать достоинства своей диссертационной работы.

В то лето они с Варей решили совершить-большое путешествие на машине к морю, но уже не на Кавказ, а на юг Украины, в Одессу. Им сказали, что под Одессой есть прекрасные пляжи, и хотелось побывать в знаменитом портовом городе. Смущало лишь то, что их старенький «Москвичок», который все чаще отказывал, не выдержит такой длинной дороги.
— Боюсь, как бы он не сломался в самом неподходящем месте. Что тогда будем делать вдали от дома, да еще с собакой? — беспокоилась Варя. — Может, все же, не стоит так рисковать?
— Риск есть в любом предприятии, — подбадривал ее Артём, который всегда стремился осуществлять задуманное. — А «Москвичок»