Войну, ведущуюся Союзом солнечников против империи гаюнов, солнечники медленно, но неуклонно проигрывают. Противник имеет техническое превосходство. Причиной является новый вид топлива, используемый кораблями империи. Топливо природного происхождения, и ученым Союза не удается его синтезировать.
Авторы: Раков Николай
В голове гудело. Охранник сначала встал на колени, а потом, опираясь плечом на стену, выпрямился и, обернувшись, наконец, увидел своего пленителя. Молодой невзрачный гаюн сидел на ящиках со взрывчаткой и рассматривал таймер с детонатором подрыва. Из смертельно опасного блока свисали обрывки проводов.
– Детские игрушки, – проговорил юноша, забрасывая взрывное устройство в темноту коридора. – Давай бери своего начальника, и поедем посмотрим, что вы это отсюда без моего разрешения вывезли.
Гаюн ударил ногой. Ботинок рассек воздух, разворачивая тело, а в ухе зазвенело от хорошей затрещины.
– Еще раз сделаешь что‑то подобное, я буду разговаривать только с полковником, – сообщил сопливый мальчишка, имеющий удивительную реакцию и силу. – Подними своего командира и топай к машине, у меня мало времени, – потребовал он.
Они выбрались через малозаметную дверь в подвальный гараж соседнего дома, где полковника уложили в багажник машины, а Е‑Дор устроился на заднем сиденье машины, согнутый в позе эмбриона. Изредка по требованию Колдуна он с трудом вытягивал шею и давал указания о направлении движения.
– Вот тот дом с зелеными жалюзи, – сообщил пленник.
– Если это шутка, то она последняя в твоей жизни, – проговорил Колдун, останавливая машину не доезжая до нужного дома. – Мордой в сиденье, – потребовал он и, когда охранник уткнулся лицом в подушку, ударил его кулаком в висок.
Уверенно подъехав к нужному строению, он превратился в полковника Я‑Вана и уверенно постучал в дверь, отметив краем глаза слегка дрогнувшие жалюзи на одном из окон.
– Вы что здесь уснули? – рявкнул он, когда дверь в дом открылась.
– Никак нет, мазан полковник, – проговорил встречающий.
– Где остальные?
– Прошу сюда, – подчиненный повернулся и пошел вперед.
Войдя в гостиную, Колдун огляделся.
Небольшой сейф стоял на столе. Рядом на полу стояли несколько ящиков из жесткого пластика, заполненные до краев папками различной толщины и цвета.
– Где блоки памяти? – оглядывая троих охранников, спросил он.
Один из присутствующих выдвинул из‑под стола еще один ящик, где лежали продолговатые приборы с оборванными концами проводов.
– Молодцы, – подвел итог полковник.
– В машине Е‑Дор. В последний момент он оказался трусом. Нам придется сменить явку. Перенесите все это, – он указал на архив, – на заднее сиденье, а предателя доставьте сюда.
Через десять минут приказание было выполнено. Сейф, архив и блоки памяти находились в машине, а все еще находящийся без сознания Е‑Дор валялся на полу у дивана.
– Спасибо за службу, – произнес полковник.
Четыре выстрела прогремели настолько слитно, что были похожи на автоматную очередь. У каждого из гаюнов в центре лба появилось еще по одному отверстию.
– Извините, парни, но я глухонемой, – оправдался Колдун. – Теперь и вы узнали, как это тяжело.
Аккуратно закрыв за собой дверь, диверсант сел в машину и вернулся к зданию, оставленному им час назад.
Заглянув в дверь кабинета, где Сан‑Ком продолжал совещаться с военными, он поманил к себе Ю‑Сима и, когда тот вышел, показал ему на содержание заднего сиденья машины, багажника, а потом провел в подвал.
Разведчик тут же отдал приказание своим людям, покровительственно похлопав по плечу синока.
– Все как всегда, – чуть слышно проворчал Колдун. – За дело благодарят в течение минуты, а вот если решишь отдохнуть, то такой шум поднимут, что неделю голова от него трещит.
Вокруг диверсанта все кипело и бурлило. Бегали офицеры, неслись сломя голову рядовые порученцы. Кого‑то арестовывали прямо в здании штаба, кто‑то бесследно исчезал. Синок только успевал поворачивать голову. Рядом с Сан‑Комом вертелось множество людей с оружием и без него. Чтобы особо не выделяться в толпе, диверсант сменил свое гражданское одеяние на камуфляжный комбинезон. Растворившись в толпе, он до предела активизировал свои органы зрения и слуха, одновременно стараясь не упускать эмоциональную волну присутствующих. Такая предельная нагрузка мало что давала, все присутствующие были в различной степени озлоблены, агрессивны, возбуждены, и причиной этому была несогласованность действий служб. Фактически Ю‑Сим с Сан‑Комом создавали свою новую армию и собирались вести ее в бой, понимая ее неготовность и не зная сил противника.
На третьи сутки с неба упали обещанные У‑Сумом две бронетанковые дивизии и секторальный комплекс ПКО, командиры которых требовали немедленного указания мест дислокаций, снабжения и постановки конкретных задач своим подразделениям.
В кабинет, где располагался штаб, дважды стреляли из
