В «Неучтенном факторе» Олег Маркеев довел до максимума все негативные тенденции сегодняшнего дня и наложил их на прогнозы ученых о грядущей глобальной катастрофе. Получился мир, в котором страшно жить. Это не то будущее, о котором мечтали. Это кошмарный сон накануне Страшного суда. Главный герой сериала «Странник» Максим Максимов оказывается в недалеком будущем.
Авторы: Маркеев Олег Георгиевич
в колено или локтем в печень считались «столкновениями».
Розыгрыш прошел под нарастающий вой зрителей. Теперь голоса слились в унисон. Хриплый рев ударами плескал в стены. Показалось, даже воздух от этого стал пульсировать в так выдоху толпы.
Первый удар прошел мимо «кремлевца». Он, увидев мяч, вылетивший из–за спины, рванулся вперед, встретил его на отбиве от противоположной стены, со всей дури влепил бутсом по пупырчатому ядру. Мяч, взвыв, молнией устремился обратно к стене, впечатался в нее, пискнув резиной о бетон. Понесся по прямой.
«Набатовец» что–то крикнул партнеру, указав на «кремлевца». Скорее всего, требовал прикрыть с тыла. Сам пошел на перехват мяча. Изловчился поднять его в свечку. Напарник, налетев на «кремлевца» сзади, подсечкой сбил его с ног. В это время его партнер, обработав мяч двумя касаниями, развернулся и прицельным ударом выстрелил в лежащего «кремлевца». Парень успел вскинуть локти. Но жестокий удар легко пробил блок.
«Кремлевца», сжавшегося в комок, прокрутило по полу. Мяч отразился от него прямо на грудь «набатовцу». Он, замедленно, с форсом, влепил добивающий удар в изогнутую спину противника. Гукнуло так, словно мяч врезал в пустую бочку. Крик «кремлевца» заглушил победный рев.
Под оглушительный топот и рев парень попытался встать. Ноги после удара по позвоночнику, судя по всему, его не слушались. Оперся о перебитые руки. Они разъехались, и он ткнулся лицом в бетон. Плечи парня задрожали от сдавленных рыданий.
Из динамиков выплеснулась песня победы. Слова гимна «ногамяча» орали все, хором:
«Какая бо–о–ль, какая бо–о–ль!
А–аргентинаямайка, пять–ноль!!»
Уцелевших и победившись «набатовцев» качали на руках. На поле танцевали девки и бойцы вперемежку. Топики заменили чепчики пушкинских барышень, порхали в воздухе над бритыми головами спецназа.
Начальство приветствовало победителей стоя. Ладошек, подошв и глоток не жалели.
Филатов дернул за рукав Татищева. Кивнул на дверь – «пойдем!»
* * *
Оперативная обстановка
Вне очереди
Секретно
По информации Службы дальнего обнаружения /СДО/ самолет типа «Гольфстрим», бортовой 18001, изменил маршрут и запросил посадку в а\п г. Цюриха.
Контрольное время посадки – 17 час. 10 мин. /в.м./.
Подпись: Становой Л.Р.
* * *
Вне очереди
Сов. секретно
Москва. Центр.
ШИФРОГРАММА
В ответ на Ваше распоряжение от 13.10 с.г. сообщаю:
– местонахождение объектов «Барсук», «Бригадир» и «Зонт» установлено;
– вилла, принадлежащая «фирме», где в настоящий момент находятся объекты, взята под наблюдение;
– объект «Барсук» срочно выехал по направлению к аэропорту, наружное наблюдение за ним проводится;
– объект «Белка» в городе отсутствует, по имеющейся информации, «Белка» в настоящее время находится в Риме; По данным наблюдения, на вилле принимаются повышенные меры безопасности, в результате чего практически исключена возможность слухового контроля с использованием тех.средств.
Дальнейшее продолжение наружного наблюдения за виллой может привести к раскрытию нашего оперативного интереса.
Жду Ваших дальнейших указаний.
Подпись: Логинов К.С.
* * *
Вне очереди
Сов. секретно
т. Логинову К.С.
ШИФРОГРАММА
Всеми силами обеспечить контроль прибытия в а\п самолета типа «Гольфстрим», бортовой 18001. Зафискировать контакт объекта «Гонец» и «Барсука».
В случае их выдвижения на виллу, после фиксации встречи «Гонец» с остальными объектами нашего интереса наружное наблюдение разрешаю снять.
Всем сотрудникам резидентуры находиться в повышенной готовности и ждать дальнейших указаний.
Подпись: Филатов И.Л.
* * *
Преторианцы
Филатов увел Татищева в глухой тупичок в конце коридора. Прослушки здесь не было и не могло быть, голый монолитный бетон. После оглушительного бедлама спортзала тишина в коридоре показалась особенно гулкой, осязаемой, как сырость, сквозящая от стен.
– Не жалеешь, что приехал? – спросил Филатов.
Краска возбуждения еще не схлынула с лица Татищева, но он зачем–то напустил на себя солидный вид.
– Делать вам нечего. Устроили себе забаву. Парней не жалко? Такой человеческий материал по чем зря изводите, – проворчал он.
Филатов хотел уже было отпустить шуточку по поводу некоторых странностей генерального прокурора, ненароком засветившихся в этой фразе, но решил оставить на потом.
– За мужиков не переживай, завтра, как огурчики будут, помяни мое слово. Я тебе этот кордебалет показал, чтобы ты увидел, что за контингент
