В «Неучтенном факторе» Олег Маркеев довел до максимума все негативные тенденции сегодняшнего дня и наложил их на прогнозы ученых о грядущей глобальной катастрофе. Получился мир, в котором страшно жить. Это не то будущее, о котором мечтали. Это кошмарный сон накануне Страшного суда. Главный герой сериала «Странник» Максим Максимов оказывается в недалеком будущем.
Авторы: Маркеев Олег Георгиевич
– Куда же еще больше! – проворчал Старостин. – Итак на толчок идешь, как под конвоем. Стукача Филатова вычислил?
Александр сверился с записью в блокноте.
– Под подозрением семь человек, Иван Иванович. В отношении шести подозрения весьма серьезны. В отношении них я готов немедленно применить превентивные меры. Но рекомедую подождать. Самолет Артемьева, как договаривались, изменил курс. Сейчас с его борта на узел связи придет телеграмма — «пустышка». Стукачок неудержится от шанса выслужиться. И сразу попадет в ловушку.
– Ага. Выяви мне источники Филатова, только Филатова. О других пока можешь не думать. В этом гадюшнике кого только нет, стучат друг на друга да трепят языками на стороне. Ищи только филатовского стукача! – Старостин крякнул и надсадно закашлялся. – Уф, ну и кислятина! Американские, а дерьмо.
Он вытер заслезившиеся глаза.
– За Артемьевым «хвост» есть?
– Да. Пока ведут через службу управления полетами. На земле, уверен, встретят оперативники Филатова.
– Наручник сразу наденут?
– Не исключаю. Но, думаю, Филатов даст команду арестовать его после встречи, чтобы снять самую свежую информацию. Поиграют Артемьевым в «ногамяч», сдаст все.
– Может, стоит предупредить Артемьева?
– Не надо. Задергается еще, не дай Бог.
– Согласен.
Старостин медвежьей походкой прошел вдоль стола. Остановился. Мрачно насупился. Медленным округлым движением рукой с сигаретой обвел стол.
– Что бы там не удумал Филатов, в полночь здесь все кресла должны быть заняты, Александр. Под твою личную ответственность. – Дождался утвердительного кивка. – Что у тебя по «Финалу»?
Александр достал из нагрудного кармана конверт. По гладкой столешнице толкнул к Старостину.
– Последние данные от моего человека. Теперь у нас полный преферанс.
Старостин достал из конверта фотографии. Внимательно просмотрел одну за другой. Брезгливо поморщился.
– Ты не застал, но такую порнуху раньше немые в электричках продавали.
– Они и сейчас такое продают.
Старостин покачал головой. Сунул фотографии в конверт, толкнул к Александру.
– Парапсихологам покажи, пусть скажут свое слово.
Александр накрыл подъехавший к нему конверт ладонью. Поднял взгляд на Старостина.
– А потом что с ними мне делать, Иван Иванович?
Старостин расплющил сигарету в пепельнице.
– В печку. Лично отвечаешь.
Александр лишь чуть сузил глаза. Ни один мускул не дрогнул на его скуластом лице, лишь колюче сверкнули глаза.
– Вопросы есть?
– Только один. Когда?
– Сразу же после подтверждения результата. Проконтролируешь лично. Отвезешь меня и сразу возвращайся.
Александр кивнул и что–то черкнул в блокноте.
Старостин вернулся к своему креслу, сел, перелистнул бумаги в папке.
– Ступай, Саша, готовь выезд. Я сейчас соберусь и тронемся.
– От главного здания?
– Да. Надо народу показаться. Весь день в «берлоге» просидел, не хорошо, шушукаться начнут. Кстати, что с квартирой?
– На прослушивание проверили утром и час назад. Чисто. Людей я уже разбросал. Взяли под контроль все снайпероопасные точки, прошерстили подвалы и чердаки. Сейчас контролируют передвижение по улице. Вас будут обеспечивать из квартиры напротив, плюс двое на верхнем пролете, плюс двое у дверей подъезда. На улице мы поставим машины у самых дверей. Плюс еще несколько человек на подстраховке. С охраной Салина я договорюсь, встанут, где захотят, но дверь квартиры я им не отдам. Вот и все. Да! Чуть попозже договорюсь с вояками на ближних постах. За «жидкую валюту» они и мышь не пропустят.
– Гарантируешь порядок?
– На девяносто процентов.
– Ага! Всего? – улыбнулся Старостин.
– По нашим временам и это много.
– Вот за это я тебя и люблю, Саша. Никогда не крутишь. Продолжай в том же духе.
Александр встал. Бросил беглый взгляд в блокнотик и лишь после этого сунул его в карман.
– Что–то еще?
– Как сказать… – Александр немного помялся. – Отловил сплетню о вас, весьма и весьма неприятную.
– Ну давай, что уж дерьмо в кармане греть, – подогнал его Старостин.
– «Наш дон Альфонсо рискует в своей постели обнаружить вместо Ракели прекрасную Эсфирь».
На секунду ястребинные глаза Старостина залило молочного цвета льдом. Через силу улыбнувшись, он спросил:
– И кто у нас такой знаток еврейского вопроса?
– Кочубей.
– Когда родил мысль?
– Сегодня в обед. Обронил вскользь, когда узнал, что я готовлю к встрече квартиру Ники Давыдовны.
Лицо Александра осталось непроницаемым, как не буравил его взглядом
