Неугомонное зло

не мрачное событие, они провели бы здесь отличный вечер. Сейчас же Мередит и Алан угрюмо молчали, а к заказанным блюдам почти не притронулись.
Наконец Мередит спросила:
— Что тебя сейчас гложет — поиски дома или убийство?
Как она и предполагала, лицо Алана сразу приняло виноватое выражение. Мередит почувствовала угрызения совести. И почему она вечно вот так, рубит сплеча?
— Как ни странно, ни то ни другое, — ответил Алан, поднял голову, посмотрел ей в глаза и отложил нож и вилку. — Наверное, зря, но я все время вспоминаю одно дело, которое вел в Нижнем Стоуви больше двадцати лет назад. Извини! В пятницу вечером положено планировать законные выходные. Ну, а уж думать о работе в свободное время вообще непростительно.
Мередит отодвинула от себя тарелку с лососем и положила руки на столешницу.
— Зря я притащила тебя сюда. Думала, в ресторане ты отвлечешься, да и я тоже. Ничего не получается! В голове все время одни и те же мысли. Может, ты расскажешь мне о том старом деле? Кажется, именно тогда ты познакомился с отцом Рут, преподобным Паттинсоном?
— Совершенно верно. Джеймс Холланд уверяет, что в последний год жизни Паттинсон повредился в уме, но, когда я его видел, он рассуждал достаточно здраво и очень пылко защищал своих прихожан.
— От чего? В чем их обвиняли?
— Никого из них ни в чем не обвинили. У нас даже подозреваемого не было! — Алан рассказал ей о Картошечнике.
— Отвратительно, — мрачно заметила Мередит. — И очень, очень страшно. Подумать только, крал что-то у каждой из своих несчастных жертв и тащил в свое логово! Меня сейчас стошнит.
Она отбросила со лба челку; Маркби по опыту знал, что этот жест означает напряженную работу ее мысли.
— Жаль, что ты не рассказал мне обо всем раньше!
— Видишь ли, подвиги Картошечника — не повод для приятного разговора. Тебе и без того забот хватает.
— И все же то нераскрытое дело не дает тебе покоя целых двадцать два года! Знаешь, Рут тоже в разговоре обмолвилась, что в лесу Стоуви творятся нехорошие дела; наверное, она имела в виду именно это. Но разве прошлое дело и теперешнее как-то связаны? Двадцать два года — очень, очень долгий срок!
— Связано ли то старое дело с гибелью Эстер Миллар? Возможно, и нет, во всяком случае, прямо. Но кто знает? А ведь есть еще и кости, которые доктор Морган нашел в лесу! По-моему, кости — более определенная зацепка. Но я не хочу делать поспешные выводы. Все зависит от результатов экспертизы. Что за кости, долго ли они пролежали в лесу, прежде чем молодой доктор свалился в овраг и сунул голову в лисью нору? — Маркби помолчал. — Я не люблю совпадений. Так же я и сказал Джеймсу Холланду. С тех пор, как двадцать два года назад Картошечник бесследно исчез, в Нижнем Стоуви, насколько мне известно, никаких серьезных преступлений не совершалось и вообще не происходило ничего достойного упоминания. Как ты верно подметила, двадцать два года — долгий срок. И вдруг в течение двух недель кто-то находит в лесу человеческие останки, а местную жительницу, безобидную женщину, у которой, насколько мне известно, в целом свете не было ни одного врага, убивают в церкви! Очевидно, Эстер никак не связана с Картошечником. Когда он нападал на несчастных женщин, Эстер еще не жила в Нижнем Стоуви. Зато после того, как нашли кости, кто-то из обитателей Нижнего Стоуви сильно перепугался. Кому-то из местных жителей есть что скрывать. Что напрямую подводит нас к событиям сегодняшнего дня и к несчастной мисс Миллар. Хотя, — Алан глубоко вздохнул, — не представляю, что такое она могла увидеть или сотворить, чтобы ее сочли опасной! И все-таки мне кажется, что последние события как-то связаны между собой.
— Я тоже все время думаю, — призналась Мередит, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. Прядка выбилась снова, и Мередит поставила локти на стол, прижав обе руки к голове. С одной стороны ей удалось удержать волосы, с другой по-прежнему выбивалась непокорная прядка.
Маркби потянулся к ней через стол и взял ее за руку.
— Я давно заметил: когда ты возишься с волосами, ты всегда обдумываешь какую-то свою догадку!
— Нет. Но знаешь, я сейчас тоже размышляла об Эстер. В конце концов, именно я нашла ее тело.
Маркби встревоженно нахмурился.
— Ты пережила сильное потрясение. Зря я завел разговор о Нижнем Стоуви! — Он вздохнул. — Извини, но сегодняшний вечер как-то не складывается. Настроение не то.
— Поехать сюда предложила я, — возразила Мередит. — Думала, ресторан поможет нам отвлечься.
— Вот именно. Ты стараешься стереть из памяти то, что видела; такое поведение совершенно естественно, и мне нельзя было забывать об этом! — Слегка сжав ей пальцы, Маркби выпустил ее руку и