Неугомонное зло

включил зажигание.
— Тут, безусловно, есть над чем поразмыслить. Но только не сегодня. Хватит! Мы обсуждали проблему больше чем достаточно. Ну, куда едем — к тебе или ко мне?
— К тебе, — ответила Мередит.

Когда в субботу после обеда Мередит приехала в Нижний Стоуви, моросил мелкий дождик. Она отметила, что эксперты-криминалисты уже все осмотрели. Рядом с церковью уже не стояли машины, а констебль в форме не охранял вход. Сине-белая заградительная лента валялась на мокрой земле. Мередит толкнула дверь — заперто. Она задрала голову, стараясь рассмотреть колокольню, но в серой пелене дождя не было видно даже галок. Мередит обошла церковь сбоку. Высоко под крышей Зеленый человек по-прежнему взирал на лес Стоуви — свои владения. По надгробным плитам и кладбищенским памятникам стекали струйки воды, дождь наполнял каменные урны. Мередит вернулась к машине и бросила взгляд через дорогу.
Норман, хозяин «Герба Фитцроев», стоял на пороге своего заведения и беседовал с молодым человеком в плаще и с раскрытым блокнотом в руках. В Нижний Стоуви прибыли представители прессы.
Когда Мередит медленно отъехала прочь, Норман покосился на ее машину. Она махнула ему рукой в знак приветствия, но на его бледном лице ничего не отразилось; он никак не дал понять, что узнал ее. Тем не менее Мередит не сомневалась: Норман видел, как она обходит церковь, и, скорее всего, считает, будто она вмешивается не в свое дело. Возможно, он даже косвенно обвиняет ее в том, что здесь случилось.
Она повернула на Черч-Лейн и увидела незнакомую молодую женщину, которая энергично стучала в дверь какого-то домика. Не получив ответа, она перешла к соседнему. Но местные жители мудро залегли на дно.
В «Старой кузнице», несмотря на ранний час, горел свет. Мередит вышла из машины и постучала в дверь. В окошке показалось и тут же исчезло лицо Рут. Через несколько секунд дверь открылась.
— Входите, только быстро! — попросила Рут. — Не хочу, чтобы та нахальная девица меня заметила.
Мередит послушно нырнула в узкую щель. Хозяйка тут же закрыла дверь на ключ.
— Вы имеете в виду девушку-репортера? Ту, что стучится во все дома подряд?
— Да. Она уже приходила ко мне, но я притворилась, будто меня нет. Но теперь она все равно узнает, что я дома, потому что видела, как вы приехали. В общем, я включила свет, потому что здесь сегодня так мрачно… — Не переставая говорить, Рут повела Мередит в гостиную.
Гостиная с выкрашенными в черный цвет дубовыми балками оказалась теплой, уютной, почти образцовой, в камине потрескивали поленья.
Рут посмотрела на камин и заметила:
— Вы, наверное, решите, что топить камин в такую жару по меньшей мере странно… Но я пытаюсь хоть как-то согреться. И потом, сегодня утром ко мне снова заходила Дайлис Туэлвтриз… Без ее помощи я бы точно обошлась. Обычно она по субботам не приходит, а сейчас, наверное, проявляет заботу. Вот я и попросила ее затопить камин — надо же было чем-то ее занять. А то она топает повсюду за мной и дает советы насчет похорон… Представляете, она предложила, как она выразилась, «сварганить» сэндвичи с ветчиной и устроить поминки здесь или у Нормана в пабе. У него там есть отдельный зал для торжественных случаев. Впервые слышу! Представляю, какая там обстановка… И вообще, кого приглашать? Кто будет отправлять заупокойную службу, кроме нас с отцом Джеймсом? А я ведь даже не знаю, приедет ли он. И вообще, можно ли отпевать человека, убитого в церкви?
Мередит погладила Рут по плечу:
— Не бойтесь, все образуется. Дайлис, не сомневаюсь, действует из лучших побуждений. Возможно, на похороны Эстер придет больше народу, чем вы думаете. Местным жителям захочется отдать ей последний долг… В таких случаях обычно приезжают и представители полиции. Во всяком случае, мы с Аланом приедем. А заупокойную службу Джеймс может провести и в Бамфорде. Кстати, вам… не говорили, когда отдадут тело?
— Нет, еще не говорили. Мне неприятно думать, что Эстер лежит в морге, но, откровенно говоря, вряд ли я бы именно сейчас справилась еще и с подготовкой похорон, не говоря уже о сэндвичах с ветчиной, «сварганенных» Дайлис. — Мрачно усмехнувшись, Рут добавила: — Представляю, что это за сэндвичи! Ветчина жесткая, как подошва, маринованные огурцы такие острые, что зубы ломит… В общем, я отпустила Дайлис, как только она растопила камин. Да, наверное, вы правы, и она действует из лучших побуждений. Наверное, я должна испытывать признательность за поддержку. Хотя я в жизни не думала, что настанет такой день, когда Дайлис Туэлвтриз станет мне сочувствовать! — Рут потерла бледные пальцы. — Меня по-прежнему знобит.
— Это от шока, — сказала Мередит. — Пейте побольше горячего!