Язон динАльт — ловкий галактический мошенник, успел хорошенько «наследить» на многих из тысяч разбросанных по Вселенной обитаемых планет. Нет, разумеется, он не шулер и не наивный лох, чтобы его схватили за руку, — он просто любит играть по-крупному и умеет выигрывать именно тогда, когда особенно хочет. Это, конечно, не ахти какая, но все-таки репутация, обладателю которой обеспечен кое-где весьма теплый прием. Например, на неукротимой планете Пирр, которую недаром называют Миром Смерти…
Авторы: Гаррисон Гарри
под живой аркой. Извивающиеся щупальца обожгли лицо Язона, в следующую секунду он уже катился по земле по ту сторону петли. Раненый пиррянин прыгнул следом за ним.
Он опоздал. Обстановка позволяла спастись только одному. И пиррянин, вместо того чтобы использовать этот единственный шанс, протолкнул Язона. Щупальца, которые задели Язона, передали сигнал в мозг чудовища, оно опустилось и накрыло пиррянина. Он пропал из виду, весь облепленный белесыми тварями. Но пистолет-автомат продолжал стрелять ещё долго после того, как человек заведомо был мёртв.
Язон встал на четвереньки и пополз. Несколько клыкастых бестий бросились к нему, но были подстрелены. Он этого не видел. Чьи-то сильные руки грубо поставили его на ноги и дёрнули. Он ударился о борт транспортёра и увидел разъярённое лицо Керка. Могучая пятерня схватила его за грудь, оторвала от земли и безжалостно встряхнула, словно кучу тряпья. Язону оставалось лишь молча терпеть и ждать, чем это кончится.
Керк не убил Язона, только отшвырнул его в сторону. Кто-то другой подобрал его и забросил в кузов. Он ещё был в сознании, когда машина рванулась с места, но у него не было сил двигаться. Ничего, сейчас всё пройдёт, и он сядет. Он просто устал немного, вот и всё… Здесь течение его мыслей оборвалось.
— Совсем как в давние времена, — приветствовал Язон входящего в комнату Бруччо.
Пиррянин молча подал Язону и другим раненым еду и вышел.
— Спасибо! — крикнул ему вдогонку Язон.
Шутка, улыбка, все как положено. Вот только губы словно чужие. Как будто их налепили — и они говорят и улыбаются сами по себе. И внутри все онемело. Мышцы не слушались, а перед глазами стояла одна и та же картина: живая арка, которая обрушивалась на однорукого пиррянина и оплетала его миллионами жгучих щупалец.
Язон представлял себя на месте погибшего. Ведь по справедливости он должен был там остаться… Он машинально очистил тарелку.
Эта мысль преследовала его с того самого утра, когда он пришёл в сознание. Это он должен был умереть там, на перепаханной битвой улице. Он должен был расплатиться жизнью за то, что возомнил, будто может помочь чем-то сражающимся пиррянам. А он только путался под ногами и мешал. Если бы не Язон, сейчас здесь лечился бы тот раненый пиррянин. Он занимает чужое место.
Место человека, который отдал свою жизнь за Язона.
Человека, которого он даже не знал по имени.
В еду было подмешано какое-то снотворное. Тампоны высасывали саднящую боль из ожогов на лице, там, где его полоснули щупальца. Когда Язон проснулся опять, он мог уже мыслить более здраво.
Другой человек умер, чтобы он мог жить. От этого никуда не уйдёшь. При всём желании погибшего не вернёшь к жизни. Значит, надо сделать так, чтобы его смерть была не напрасной. В той мере, в какой вообще смерть человека может считаться оправданной… Ну вот, опять о том же! Хватит.
Язон знал, что он должен делать. Теперь его поиск приобретает ещё большее значение. Если он решит загадку этого свирепого мира, он вернёт тем самым часть своего долга.
Язон сел, тотчас голова закружилась так, что он машинально ухватился за край кровати. Прошло несколько минут, прежде чем головокружение унялось. Остальные раненые даже не смотрели на него, когда он медленно, кривясь от боли, начал одеваться. Вошёл Бруччо, увидел, чем он занят, и молча вышел.
Одевание затянулось надолго, наконец он управился. Когда Язон вышел из комнаты, за дверью его ожидал Керк.
— Керк, я хочу тебе сказать…
— Не говори мне ничего! — Голос Керка громом раскатился по коридору. — Говорить буду я. Ты выслушаешь меня, и на этом разговор будет окончен. Мы не желаем больше видеть тебя на Пирре, Язон динАльт, мы не нуждаемся ни в тебе, ни в твоих премудрых суждениях постороннего. Один раз тебе с твоим лживым языком удалось меня убедить. Я помог тебе за счёт более важных дел. Я должен был раньше сообразить, куда заведёт твоя пресловутая логика. Теперь я увидел это воочию. Велф умер, чтобы ты мог жить. А он стоил двоих таких, как ты.
— Велф? Его звали Велф? — неловко спросил Язон. — Я не знал…
— Ты не знал. — Зубы Керка обнажились в презрительной гримасе. — Ты даже не знал его имени, а он умер, чтобы ты мог и дальше влачить своё жалкое существование.
Керк сплюнул, словно ему попала в рот какаято дрянь, и зашагал к выходу. Потом вспомнил что-то и повернулся к Язону.
— Ты будешь здесь, в изоляторе, пока не придёт корабль. Через две недели ты покинешь эту планету и никогда больше не вернёшься. А если вернёшься,
