Невеста чудовища

Любовь?! Счастье?! Гелсарт заходился злым саркастическим хохотом. Однако терзавшая его неудовлетворенность от этого не становилась меньше. А в душе постепенно зрело желание наказать виновницу этого безумия. Со всем пристрастием, жестокостью и страстью.
Однако Гелсарт не был бы великим царем, не умей он видеть истинную выгоду. Младенец, сын Зэйна, необходим. Ему нужно кому-то передать царство. Пусть это случится еще неизвестно когда, Гелсарт вообще умирать не собирался, но наследник нужен. Наследник рожденный женщиной из рода Катх.
Провидящий истину. Властелин неба. Дракон.
Истинное всесилие. Нужно ли ему в том случае будет чудовище?
Он знал ответ. Но еще не готов был принять его окончательно.
Танцовщицы все извивались в дыму возбуждающих ароматических курений, а у Гелсарта внезапно созрело решение как попытаться пробить чуждую магию и открыть себе вход в Лабиринт.

Идея пришла спонтанно. Он смотрел на это танцующее мясо и вдруг понял, надо просто пустить кого-то перед собой. Танцовщицы для этой цели подходили идеально. Либо магия, остановившая его, уничтожит их, либо пропустит. Если пропустит, они могут его пригласить.
Гениально, просто. Но.
Было несколько шероховатых моментов.
Магия, как он еще в первый момент почувствовал, светлая и очень сильная. Ему приходилось когда-то давно слышать, что светлые маги способны ставить такой защитный контур против потусторонней нечисти. Стоит нечисти приблизиться к границе охранного контура, ее просто режет лучом света, и она сгорает.
Почему его не перерезало лучом? Пффф, он же не нечисть! Однако шутки шутками, а Гелсарт задавался этим вопросом. Вероятно, сработала защита, которой он себя окружил, не зря же он считался сильнейшим темным магом. С другой стороны, и защитный контур воспринимался не как луч, а скорее свечение. Мягкое золотое свечение, желанное для души, но для него непреодолимое. Опять мелькнула странная ассоциация, прошившая вместе давно забытое и совсем недавнее прошлое.
Девушка. Беззвучный рык поднялся из его груди. Когда-нибудь она точно ответит за все эти выверты.
Еще один момент заставлял Гелсарта недовольно кривиться. Зэйн.
Может не впустить танцовщиц? Надо сделать так, чтобы впустил. Это будет несложно. Как он заметил, его сынок изрядно размяк душой за последнее время. Значит, если этим жалким потаскухам будет грозить смерть, он их впустит. Не захочет показаться чудовищем перед невестой.
От этой мысли властитель внезапно повеселел и, задрав голову к потолку, расхохотался. Потом резко махнул рукой, подавая знак. Девицы, вертевшиеся перед ним, немедленно бросились нему и замерли, опустившись на колени.
Пять шлюх. Властитель протянул руку и, сбрасывая белое полупрозрачное покрывало, схватил за волосы ту, что оказалась ближе остальных.
— Хочешь трахаться по-настоящему? М?
— Да… властитель я… мечтаю… — пролепетала та, испуганно сглатывая. — Доставить вам удовольствие.
— Доставишь. Вы все, — он отшвырнул ее и обвел взглядом остальных девиц.
— Да, господин, мы счастливы, господин, — выстонали они, пряча страх в глазах.
Он расхохотался и снова схватил за волосы ближайшую. Подтянул к себе и, зашептал, задевая губами ухо:
— Запомни. Когда попадешь на место, позови меня, — тряхнул за волосы, заглядывая в глаза. — Если хочешь жить. Поняла?
Девушка закивала, уставившись на него как цыпленок на удава.
— Молодец, — приговорил Гелсарт, отпуская ее. — Скажи остальным.
Их в любом случае ждала смерть, но почему бы не дать им надежду? Будут охотнее стараться. Властитель встал и уже, выходя на террасу, собрался приказать, чтобы пятерых танцовщиц под охраной отправили во внутренний двор, как в покоях появился распорядитель и доложил:
— Властитель, прибыл гость. Царевич Солгар из Белора.
— Из Белора? — переспросил Гелсарт, кривясь.
— Дядя царевны Гесты по отцовской линии. Он хочет копию брачного договора и право видеть девушку.
Гелсарт просиял, это был куда лучший выход! Настоящий подарок судьбы.
— Скажи, что он получит право. И копию. Но сначала отведи его в малый зал у фонтана. Я хочу на него посмотреть, — приказал он и вышел на террасу.

По дороге на встречу с вожаком они сначала заскочили в старое жилище Гесты, как она в шутку сказала, в ее невестинскую горницу. Ну да, теперь-то она жена. Зэйн с тайной радостью наблюдал, как она время от времени гладит брачные браслеты и улыбается, а у самого сердце начинало заходиться непонятным светлым трепетом.
Геста хотела переодеться.