Каждый год царство платит дань жестокому завоевателю — семь смертников для чудовища. А в этот раз он потребовал еще одного данника — царскую дочь. Но в невесты чудовищному оборотню отдадут не царевну, а незаконную дочь царя Гесту. Что ожидает девушку, страшная смерть, или судьба сулит ей любовь? И кто на самом деле чудовище? Она не узнает этого, пока не отправится… в Лабиринт.
Авторы: Екатерина Руслановна Кариди
тень властителя Гелсарта. Надо отдать ему должное, царевич был человеком мужественным, иначе…
— Я отпущу тебя к той, кого ты всю жизнь искал, — проговорил Лесарт, протягивая призраку раскрытую ладонь.
Тот взглянул с недоверием, потом протянул было руку и сразу отдернул.
— Мне страшно.
— Уйти не страшно, брат, страшно никогда не найти свою любовь, — ответил Лесарт
— Примет ли она меня? — мрачно проговорил призрак.
— А это уже будет зависеть от тебя. Здесь тебе все равно делать нечего.
Странно было видеть, как руки братьев сомкнулись, а потом тень властителя исчезла. И все? Вот так просто? Даже грустно стало как-то.
Вроде бы теперь можно заняться исследованиями в области драконологии, а у Солгара было такое странное чувство… Осадок. Да и Лесарт засобирался, и время, выделенное себе, заканчивалось.
Поэтому, нанеся короткий визит вежливости регенту-распорядителю, а также заглянув на дворцовую кухню, они уехали. Расстались в Ахарде, договорившись встретиться на границе Белора через три месяца и вместе отправиться проведать Гесту и ее дракона.
Но так уж вышло, что повидаться с Зэйном и Гестой царевичу Солгару удалось не через три месяца и даже не через год, а только спустя десять лет.
Три всадника поднимались по горной дороге от отрогов в сторону главного хребта. Солнечный день. Жара. Грифы над головой.
Самый молодой из троих, однако и самый суровый на вид мужчина в легких походных доспехах, скосился на грифа, зависшего по левую руку, сплюнул сквозь зубы и вполголоса процедил:
— Сгинь, птичка, или твои перышки пойдут на украшение моего шлема.
Другой мужчина, тоже, несомненно, мужественный, но выглядевший немного старше и утонченнее, в нем угадывался скорее не воин, а философ, проговорил, не без ехидства:
— Тигард, вряд ли они почтут за честь украсить своими перьями чей-то шлем, пусть это даже шлем великого героя, самого победителя…
— Еще одно слово, господин Солгар, и я припомню все ваши грязные секреты, — парировал Тигард, приосанившись и уперев одну руку в бок.
— Это какие еще грязные? — возмущенно воззрился на него Солгар, невольно оборачиваясь за поддержкой к третьему лицу.
Третий всадник, наставник Лесарт, сухощавый беловолосый мужчина неопределенного возраста (по виду невозможно было догадаться, сорок лет ему или все триста пятьдесят), невозмутимо смотрел в другую сторону, словно происходящее вокруг его не касалось.
И вдруг птицы как по команде исчезли. А Лесарт, вытянув правую руку, указал на белесую скалу, видневшуюся вдалеке:
— Вот он.
На скале стоял мужчина. Издалека его высокая стройная фигура казалась маленькой, однако ни у кого не возникло сомнений, кто перед ними. Хозяин этих гор.
Солгар приложил руку ко лбу, согнув ладонь козырьком, а Тигард замахал обеими руками. В ответ на его жест, мужчина прыгнул со скалы вниз, на глазах оборачиваясь великолепным темно-золотым драконом. Все трое замерли, пораженные невероятным зрелищем. Одиннадцать лет прошло с того дня когда они видели его в последний раз. А словно вчера…
— Ну понятно, куда исчезли птички, — пробормотал Тигард, зачарованно глядя на сверкавшие золотом в лучах солнца огромные крылья.
А дракон подлетел ближе, покружился на ними, заложил вираж и очень медленно полетел в одном направлении. Показывал дорогу. И тут уж Солгар с Тигардом сорвались в галоп в странном желании догнать и перегнать огромную тень дракона, а Лесарт только усмехнулся в усы и, выравнивая для молодых глупцов дорогу, поскакал следом.
Несколько непроходимых на вид ущелий, и наконец дорога вывела их к высокому скальному плато. А за ним даже не пещера, а какой-то очень необычный дворец в скалах. Жилище дракона. На площадке перед входом стояла Геста. Почти совсем не изменилась. Рядом крупный мальчишка, похожий на Зэйна, и девочка лет пяти, вылитая Геста. Такая же маленькая, худенькая, золотистая. И голубые глазищи в пол лица. София.
Дракон не приземлился, а покружил над площадкой, отлетел на дальнюю скалу и сел. Словно изваяние, устремленное в пространство.
А там были радость встречи, слезы и объятия. Потом Геста потащила всех в дом. За стол, кормить с дороги, все не могла успокоиться, смеялась и плакала. Столько лет не виделись.
Наконец Лесарт проговорил, с удовольствием оглядывая детей:
— Я смотрю, вы времени даром не теряли.
— Мы? — лукаво засмеялась Геста, блестя невозможно голубыми глазами. — А вы? Расскажите, что было у вас? И почему не приходили так
