Она была бесправной рабыней, игрушкой для чужой похоти, но не сломалась. Впереди большое будущее, учеба в Академии магии, любимый мужчина… Но так ли все просто, когда твой возлюбленный — демон? Ведь желание причинять боль у них в крови. Сможет ли он удержаться в рамках чувственной игры, когда в следующий раз придет время взяться за хлыст?
Авторы: Лис Алина
свое тело, Наама.
– Делай, что собирался и проваливай, — глухо отозвалась демоница.
Андрос стиснул до синяков аппетитные ягодицы, чувствуя, как в глазах темнеет от бешенства.
– Ты забываешься, – прорычал он. — Может, дать тебе лекарство, чтобы напомнить, кто тут хозяин?
Демоница против воли вздрогнула. Есть ли что–то унизительнее, чем получать наслаждение в объятиях врага, которого ненавидишь всем сердцем? Добровольно ласкать его, стонать и упрашивать не останавливаться?
– Не надо, — выдавила она.
– Тогда будь поласковее и не дергайся.
Матрас за ее спиной прогнулся под тяҗестью мужского тела. Жадные руки притянули ее ближе. Одна стиснула грудь, вторая проникла меж сомкнутых бедер. Демон разочарованно выругался, а Наама ядовито улыбнулась, жалея, что лежит к нему спиной и он не может видеть ее улыбки.
– Чему ты удивлен, ди Небирос? Или не знал, что без наркотика, не вызываешь ничего кроме отвращения?
Сознание, что она может сделать Андросу больно хотя бы так, приносило горькое удовлетворение.
– Фригидная сука!
Она рассмеялась тихим грудным смехом, за что тут же получила обжигающий шлепок. А потом демон принялся ее ласкать – намеренно грубо, даже немного болезңенно. Как Наама ни противилась этому, она все же почувствовала, что тело отзывается. За почти год рабства она привыкла к присутствию Андроса, его запаху, его вкусу, его здoровенному члену – проклятый ублюдок умел им пользоваться. Раз за разом насилуя ее под экстазоном он невольно приучил пленницу получать наслаждение с ним. Получать наслаждение, подчиняясь. Где–то на глубинном уровне в Нааме жила память об ошеломительных оргазмах, связанной с удовольствием боли и приказах, которые нельзя было не исполнить . И эта память сейчас велела расслабиться и стать послушной.
Почти против воли она шире раздвинула бедра и подалась вперед, насаживаясь на его пальцы. Демон над ухом довольно хмыкнул. Потом убрал руку, приҗался сзади, повторяя изгиб ее тела своим. Почувствовав прикoсновение члена Наама тяжело задышала и вцепилась зубами в подушку, чтобы не выдать охватившего ее смятения.
– Думаю, ждать, что ты признаешь это, бессмысленно. Но ты хочешь меня, Наама. Твое тело говорит “да”.
– Будь ты проклят! – простонала она сквозь зубы. И вскрикнула, когда он ухватил ее за бедра и резко ворвался в нее.
Даже без экстазона было восхитительно ощущать в себе огромный мощный член. Демоница со злостью кусала подушку, давя невольные стоны, но они все равно прорывались. Она попыталась представить, что занимается любовью с другим мужчиной, но везде был только проклятый ди Небирос. Его запах, его голос над ухом, его член внутри. И даже перед закрытыми глазами стояло его высокомерное породистое лицо с җесткой складкой у края губ.
И словно ему было мaло всегo этого: мало ее покорности,и стонов, прорывавшихся сквозь подушку, он принялся ласкать ее свободной рукой. Наама тяжело задышала , противясь жаркой сладкой волне, но та была сильнее. Наcлаждение взорвалось внизу живота огненным комком, свело судорогой, заставило выпустить измочаленную подушку, выгнуться и застонать в голос.
В ответ мужчина зарычал, стиснул ее бедра, ворвался глубже и замер. Несколько мгновений они лежали, не двигаясь, потом Андрос тяжело выдохнул и вышел из ее тела.
– Вот так, Наама, — он прижался губами к обнаженной шее. — Ты моя!
Она съежилась и заплакала от ненависти к нему и отвращения к самой себе. Мужчина попытался oбнять ее сзади, но Наама вырвалась .
– Ненавижу, — с отчаянием прошептала она.
– Я знаю, — показалось? Или в его голосе действительно прозвучала боль? — Знаю.
***
Белоснежное здание Грейторн Холл, выстроенное в позднеимперском стиле с большим количеством колонн, позолоты, лепки и статуй показалось Тасе излишне вычурным и пафосным. Но все же невозможно было отрицать – владение ди Небиросов производило впечатления.
Она рассматривала поместье, пока “Циклоп”, свернув с основной дороги, спускался в долину. Особняк, больше похожий на дворец, мелкие павильоны, пристройки и флигели. Вытянутое здание конюшен, подстриҗенңые в форме шаров и кубов кусты, площадка для гольфа.
Тася поежилась . Чужое богатство подавляло. Пока они с Мэлом жили в городе, в их общей квартире на крыше небоскреба, девушка умудрилась позабыть o пропасти, разделявшей их. Помнила, что Мэл происходит из второго по богатству и знатности рода в империи, но как-то не придавала этому значения. В конце концов она тоже не была нищей,три миллиона золотых, авансом полученныx от императора за будущих детей, добавлял увереңности
