Я никогда не думала, что на кону может стоять моя жизнь. Но пришли они… и мой мир рухнул. И почему мне никто никогда не объяснял, чем платят за любовь демона? Это надо заучивать любой девице. Меня научили всему: этикету, игре на нервах и других инструментах, магии и колдовству. Всему, что должна знать благородная дева. Но не научили бояться. Наверное, меня неправильно воспитали. Иначе бы не попала я в эту историю.
Авторы: Жданова Светлана Владимировна
верно меняет ипостась. И в то же время уперлась одним из огненных клинков между ног любителя женской ласки.
— Думать стоило тебе, когда девку от ведьмы отличить не мог. Так что иди. — Я скосилась в сторону асура, — Пока некоторые себя в руках держат.
Тут мужик перевел взгляд на оскалившегося демона, потемневшая радужка которого теперь занимала чуть ли не весь глаз, и его как ветром сдуло. То что синеволосый в этот момент буравил взглядом меня, на это мало повлияло.
Данте облил меня таким холодом, что я едва воспаление легких не подхватила.
— Ну Данте, не злись. Не в первый раз я так развлекаюсь. Я не хотела делать тебе больно. Что, так сильно ударила?
— Нет, — пожал он плечами.
Поймав под столом хвост, я посмотрела на ярко синее пламя его кончика, мне он напомнил цветок.
— Прости меня, я слишком привыкла сама заботиться о себе. Данте! Ну что мне для тебя сделать? — страдальчески закатила я глаза, всем видом показывая как мне стыдно. Сама себе я в этот момент напоминала шкодницу Уголька.
Синие глаза озорно блеснули, а на губах появилась так любимая мной улыбка.
— Зак сказал, что ты научилась таки что-то петь. А то раньше это походило на кошачий вой.
После такой провокации ничего не оставалось как идти договариваться с хозяином таверны. Тот конечно был не против. Нашелся бы желающий со мной поспорить после того концерта, что мы устроили. Даже лютню дал. По привычке оседлав столешницу, я начала перебирать струнами и с нежностью посмотрела на асура, подпирающего вертикальную балку.
— Что тебе спеть? — Чуть не добавила «любимый». — Грустное, веселое? О печали или радости?
— Начнем с грустного.
Я вздохнула, прикидывая, что у меня есть такого, где нет переходов на личности. Делать было нечего и пришлось петь то, что осталось.
С трудом оторвав взгляд от собственных рук лежащих на грифе, я заставила себя посмотреть на Данте. Как можно бесстрастней, просила я себя. Хотя сердце ходило в груди часто-часто. Ведь заранее знала — его мыслей не разгадать по синей бездне глаз, другим же он себя не выдаст.
— Красиво, — одобрительно улыбнулся демон.
А я похвалила себя — молодец, даже не расплакалась. Ну что ж, раз влюбилась как глупая курица, закрой клюв и молчи.
Сбегав к оставленной на улице Бинки, я принесла небольшую коробочку и встав на табурет одним коленом, открыла ее. Это была моя маленькая сокровищница. Здесь, в разбитой на много секторов коробочке, лежало все самое ценное, что у меня было. К тому же у шкатулки был один секрет, сжатое пространство, то есть внутри она была куда больше чем снаружи. В свое время мы с Катинкой сперли ее у заезжего мага, заодно с содержимым правда. Только потом до меня дошло, что все внутренне барахло не идет ни в какое сравнение с оболочкой.
Сейчас я вытрясала на стол все ее содержимое. А здесь были многочисленные амулеты, боевые артефакты, каждый в своем чехольчике, пузырьки с особо ценными компонентами зелий, и так, всего по мелочи. Данте и торговец следили за моими действиями с поистине детским любопытством.
— Ах вот, нашла. — Подойдя к демону, я осторожно соединила полы нового плаща, заколкой в виде пера. Лично мне она нравилась. — Вот так намного лучше. Как тебе?
— Хорошо. Мне подходит, — улыбнулся он, отчего сердце екнуло.
Собрать все назад было куда сложнее. Пока я возилась, распихивая все по местам, асур пересматривал мои «сокровища» лукаво ухмыляясь. До тех пор пока не нашел то что я бы ни хотела ему показывать.
— Малышка, что это?
— Рог единорога, — пожала я плечами и поспешно отвернулась.
— А почему он такой странный?
— Ну… Я его обточила.
Данте нехорошо так
