Невеста для наследника

подпитывала ее, и в эту секунду она ненавидела его, посылая все новые и новые всполохи огня.
‘Успокойся, — его голос раздавался в ее сознании, принцесса видела, что его губы не шевелятся, но точно знала, что говорит с ней он. — Успокойся Би…девочка. Это только первое проявление силы, и сейчас ярость сжигает тебя, ты можешь погибнуть. Остановись’.
— Нет, вождь, — в ее глазах бушевала только ярость, — с меня хватит тебя и твоих…орков. Ненавижу! Ненавижу! НЕНАВИЖУ!!!
Ее голос сорвался, в отличие от пламени, которое теперь пожирало все, что было на огромной кухне. Вожди орков, предоставив битву магам, сбежали и ждали развития событий на улице, теперь она это точно видела, принцесса даже сквозь стены чувствовала их страх.
‘Ты сжигаешь себя, остановись, или мне придется тебя остановить’.
— Интересно как? — она все больше поддавалась безумию ярости.
‘Ты необученный маг, впервые познавший силу, — даже мысленный голос ТаШерра был полон грусти, — я прошедший обучение архимаг, я сильнее пойми и прими это’.
Селения внимательно смотрела на ТаШерра, вождь орков спокойно почти расслабленно стоял, но каким-то другим зрением она видела, как вокруг него собирается темная энергия и чувствовала, что он готовит что-то похожее на сеть.
— Нет, хватит. — Теперь Селения отчетливо осознала, что не желает больше быть его игрушкой, она устала и хочет домой, а в стороне так и остался лежать голубой кристалл, в который ТаШерр преобразовал ее огонь. Принцесса почувствовала силу своего запертого огня, призвала его и мгновенно ощутила холод кристалла в своей руке.
— Прощай вождь орков, — она говорила тихо, уже полностью приняв решение, — ты сам отверг меня.
‘Я не хотел причинить тебе боль, дочь проклятого короля’.
Она лишь усмехнулась, в последний раз посмотрела в его полные темной силы глаза, мысленно погладила его черные волосы, не заметив как, подчиняясь ее порыву они шевельнулись, и также мысленно прикоснулась к его губам, прощаясь со своей первой и такой несчастной любовью.
‘Ты все же ребенок, глупый ребенок, остановись, не совершай того, о чем пожалеешь’.
— Пусть будет так, — и она растворилась в огне, стараясь детально вспомнить сад возле королевского замка Иллории, и… промахнулась.
———————————-
Он опоздал всего на миг, так и не поняв, когда она успела активировать портал. Пройти за ней он не успел, портал она уничтожила едва пройдя.
— Где женщина? — Дагон, переждав пока огонь, прекратит бушевать вбежал первым из вождей.
— Поздно. — ТаШерр пошатнулся, собирая остатки раскинутой сети, которую так и не успел активировать.
Дагон резко повернулся к нему:
— Она дочь Змея! Ты знал?
— Подозрения были, — ТаШерр сам готов был рычать от ярости, — но в ней не было силы, до этого момента не было!
— ТаШерр, клан Шеркаш теряет доверие. Брат твоего отца потерял Сиану, ты потерял дочь Синеокой. Ты опозорил свой клан, ты предал пророчество.
Впервые за много лет ТаШерр вновь испытывал ярость.
— Дагон, — ТаШерр не шевелился, но Дагон ощутил, как каменеют его легкие, как сжимается шея, — не смей мне указывать!
Архимаг развернулся и вышел на улицу, не замечая, что идет по воздуху, используя для опоры силовые линии. Да он совершил ошибку не разглядев в девушке последнюю носительницу силы Синеоких, да он отверг ее любовь, но лишь потому, что боялся причинить боль, не хотел ставить ее в положение иллари, не хотел причинять боль Аррише. ТаШерр не оправдывал себя, он впервые подчинился желанию сердца и проиграл. Теперь придется исправлять, и у него больше нет права на ошибку. Пророчество должно свершиться.
————————————————————-
Она вышла из портала и потеряла сознание, не увидев, как выжгла половину сараев на заднем дворе, как подбегает к ней придворный маг, и едва не прыгая от радости, приказывает слугам прекратить дрожать и отнести принцессу в ее покои. Принцесса так и спала три долгих недели, пропустив приезд короля Ньорберга, который уже не выходил из покоев дочери, не отреагировала она и на робкий поцелуй Ролана, который оставшись на несколько минут с ней наедине решил проверить старую-старую сказку. Не слышала Селения и тихих рыданий своих верных подруг. Она просто спала и ей снились голубые озера, в которые впадают сияющие огненные водопады, а затем мир ее снов раскололся и принцесса открыла глаза.
— Девочка моя, моя девочка…
Селения удивленно смотрела на отца, впервые увидев как мужчина, не скрывая слез, плачет от радости.
— Лина! Лина ты очнулась! — Биони, Виктория и Инесса вбежали в ее спальню и прыгнули