Невеста для принца

не требовалось, и в следующий миг принц уже тянул меня к выходу во внутренний дворик. Сегодня он тоже был украшен цветами и фонариками, отчего даже в столь поздний час здесь было светло как днем.
Некоторые из них прямо слепили глаза, поэтому я не сразу заметила, что во дворике есть кто-то еще. А потом мое сердце сделало взволнованный кульбит, ибо этими «кем-то» оказались Вейтон и Глория.

— Какая встреча! — протянул принц. — Мой незаконнорожденный братец тоже тут!
— Ваше Высочество, — Вейтон с напряженным взглядом склонил голову.
— Вам тоже стало душьно в залье? — прощебетала Глория. — Ещье и шумно…
Сколько девушьек ты уже осчастливил танцем, Гарольд?
— Сколько? — принц задумался. — Не помню… Вы не считали, мисс Гамильтон? — он склонился прямо к моему лицу, обдавая запахом вина.
— Простите, Ваше Высочество, но нет, не считала, — я еле сдерживалась, чтобы не отшатнуться от него.
— Она тоже не считала, — принц пьяно хохотнул. — Никому до этого нет дела, понимаете? Ни-ко-му…
— Ты такой забавьный, Вашье Высочьество, — Глория весело пожала плечами. — Шутьишь все… А как же твой секрьетарь? Он-то точьно счьитал.
— Точно, — кивнув, согласился принц. — Пит считал. Спрошу потом у него. А вы, мисс Гамильтон, уже использовали свои три танца?
— Нет, Ваше Высочество, только два, — ответила я тихо. Сейчас меня одолевало лишь одно желание: провалиться сквозь землю. Пьяный принц, у которого в голове бродят непонятно какие мысли, Глория, повисшая на руке Вейтона, и сам Вей, на которого я даже боюсь поднять взгляд — вся эта ситуация казалась мне до абсурда неправильной, даже ужасной, и не отпускал чувство, что она ничем хорошим не закончится.
— Значит, у вас есть еще один… — губы принца изогнулись в подобие усмешки. — Не желаете ли отдать его вашему бывшему жениху Тайлеру?
Внутри все похолодело. Он что, провоцирует?
— Ваше Высочество… — начала с трудом я, но меня неожиданно перебила Глория.
— А мьеня никто не жьелает спросить? — воскликнула она возмущенно. — Согласна ли я позвольить им танцьевать? Вейтон — мой женьих, ясно?
Принц хмыкнул.
— И все же, если ты у вас было право выбирать, — он будто не обращал на герцогиню внимания, продолжая смотреть только на меня, — кому бы отдали этот танец мне, кронпринцу, или бастарду?
У меня же сдавило горло спазмом, и я все же глянула на Вейтона. Его лицо в этот момент словно окаменело, губы плотно сжались, а взгляд потемнел от гнева.
— Отвечайте же, мисс Гамильтон, — потребовал принц и до боли впился пальцами мне в руку.
Я непроизвольно охнула и прошептала:
— Ваше Высочество, пожалуйста…
— Отпустите ее, Ваше Высочество, — холодный голос Вейтона прозвучал неожиданно и пугающе.
— Что? — принц сделал нарочито удивленное лицо. — Это ты мне?
— Вам.
— У бастарда голос прорезался? — вкрадчиво уточнил его высочество. А в следующую секунду он, все же освободив мою руку, шагнул к Вейтону. — Что ты себе возомнил, ублюдок? — в ладони принца возник ледяной кинжал, острие которого тотчас уткнулось в шею Вея. — Указываешь мне, кронпринцу, что делать?
Или метишь на мое место? Что тебе пообещал отец?
— Вы бредите, Ваше Высочество, — сквозь зубы произнес Вейтон. — Ваш отец мне ничего не обещал, — он заметно выделил интонацией слово «ваш».
— Что ты сказал? — лезвие кинжала сильнее вдавилось в шею Вея, и на коже пропустила полоска крови.
Вейтон молча перехватил руку принца с кинжалом, сжав в запястье, и та на глазах стала синеть, покрываясь льдом от пальцев до плеча.
— Пьерестаньте! — Глория отмерла первой. — Вейтон! Вашье Высочьество, одумайтесь! — произнесла она громким шепотом. — Мы на балу! Что подумают гостьи?
Ледяной кинжал исчез, и Вейтон тоже убрал пальцы от запястья принца, и рука того приняла прежний вид.
— Ты за это заплатишь, бастард, — проговорил принц и, отступая, пошатнулся.
— Гарольд, — его поддержала герцогиня, а тот как-то сразу обмяк, чуть ли не навалившись на нее. — Не горьячись. Ты просто выпьил лишку. Утром поговорьите с Вейтоном на свьежую голову. Пит! — позвала она секретаря, который явился практически молниеносно. — Отведьи Его Высочьество в его покои, не видьишь, ему надо отдохнуть… Поспать.
— Но как же… Бал ведь еще не закончился, — пробормотал тот, теперь вроде сам подхватывая принца.
— Сообщишь всьем, что принцу не здоровьится и уводьи его, — заговорщицки произнесла Глория. — Никто не дольжен знать, что Его Высочьество напился, ясно?
И что чуть