Ещё вчера я жила без забот, а сегодня под чужим именем еду в другую страну работать гувернанткой. Ещё вчера думала, что спаслась от опасности, а сегодня мне угрожает новая. Ещё вчера моё сердце было свободно, а сегодня в нём поселился надменный дядюшка моих воспитанниц — он же глава Тайной канцелярии и академический маг, который считает мою интуитивную природную магию чем-то неправильным. А что нас ждёт впереди, даже предположить не берусь!
Авторы: Светлана Казакова
в тот же миг не подали! Удивляюсь, как они согласились вас на дороге подобрать! — высказала явно накипевшее горничная.
— С большой неохотой, — призналась я. — Просто леди Глау наскучила дорога, и ей захотелось поболтать, вот она и смилостивилась. А её муж… он кривил губы, — добавила. — А всё потому, что я ему своей одеждой салон кареты замочила. До чего же неприятные люди!
— Это ещё мягко сказано! — воскликнула Энни, и мы переглянулись, как две заговорщицы. А я и не думала, что болтать с прислугой может быть так весело. Обычно-то я находилась по другую сторону, в роли хозяйки.
Вскоре долговязый лакей принёс мою поклажу, и горничная оставила меня, чтобы я могла переодеться. Я подошла к двери, чтобы запереть её на щеколду, и у меня внезапно закружилась голова. Меня повело в сторону, пришлось уцепиться за косяк, но рука соскользнула, и я, пошатываясь от слабости, рухнула в кресло.
Похоже, на меня навалился запоздалый откат после использования магии. Я никогда прежде не останавливала молнии и не могла заранее ожидать, что это случится, хотя мне и приходилось слышать о таком. Увы, владение даром не означает наличие у мага неисчерпаемого колодца энергии, и следом за сильным напряжением приходит истощение не только магических, но и телесных сил. Со мной это происходило впервые, и ощущения оказались не из приятных. А если учесть, что к откату добавилось чувство голода и усталость от долгой дороги, то я даже подняться с кресла не могла — не держали ноги, а голова сама собой клонилась к коленям.
«Я только чуть-чуть отдохну», — подумала я, проваливаясь в сонную дремоту, и меня обволокла увлекающая за собой темнота.
Я не знала, сколько это продолжалось. Ощущала, что меня трясли за плечи, пытаясь разбудить, но проснуться не могла, снова проваливалась в странное забытьё, которое в полной мере не являлось ни сном, ни реальностью. А затем раздались чьи-то уверенные шаги, и прохладная ладонь легла на мою щёку, откидывая упавшие на лицо пряди волос.
Я открыла глаза, выныривая из тьмы, и увидела склонившееся надо мной лицо, которое показалось знакомым. Следом за узнаванием вспомнилось имя. Зимний сад.
— Лорд Винтергарден… — пробормотала я. — Что вы здесь делаете? Вы приехали за мной лично?
— У неё бред! — ахнул пронзительный женский голос, и от его звучания я поморщилась.
— Такое бывает, это не заразно, — отмахнулся от кого-то Доминик Винтергарден. — Выйдите все отсюда! Вы мне мешаете!
Похоже, неизвестная женщина — или их было несколько? — послушалась, и стало тихо. Мне казалось, будто я всё ещё еду в карете, которая мерно покачивалась, и я вместе с ней. Веки снова опустились.
— Не закрывайте глаза! — властно потребовал мужчина. — Ну же! Смотрите на меня!
Ослушаться его было непросто, и я повиновалась. Я лежала на чём-то мягком, судя по всему, на постели, а лорд Винтергарден стоял надо мной, наклонившись непозволительно близко, да ещё и опирался ладонями на подушку по обе стороны от моей головы. Так, что я могла разглядеть его куда подробнее, чем при нашей встрече на дороге, чем и воспользовалась. Сейчас можно было понять, что волосы у него не каштановые, как мне показалось сначала, а тёмно-русые с медным отливом, а глаза точно меняют свой оттенок от светло-карего до серо-зелёного. У этого человека в самом деле была внешность настоящего аристократа — ему, окажись он на моём месте, едва ли удалось бы притвориться кем-то, кем он не является.
— Вы красивый, лорд Винтергарден… — сорвалось с моих губ. Запоздало прикусила язык. Что я несу?
— Спасибо за комплимент, миз, — усмехнулся он. — А сейчас, пожалуйста, помолчите. Я должен сосредоточиться, чтобы вам помочь.
Я послушно закрыла рот, пока мой язык ещё что-нибудь не сболтнул, и снова поймала неотрывно направленный на меня взгляд. Теряясь в нём, падая. Казалось, что всё, окружающее меня, исчезло. Не было больше ни тревог о будущем, ни страха перед тем, что не справлюсь, и мой маскарад раскроют в два счёта. Только эти глаза, глубокие, затягивающие, как омут.
Уже знакомое ощущение от прикосновения прохладной ладони к щеке, а следом хлынувший в меня поток энергии. Она походила на холодную родниковую воду в жаркий полдень, когда пьёшь её, пьёшь и не можешь напиться. От этого в голове прояснялось, усталость стремительно отступала, а дышать становилось всё легче.
— Что вы сделали? — спросила я, когда мужчина убрал руку от моего лица.
— Влил в вас часть своих сил, — проговорил он. — Вы что же, не знаете, что нельзя так бездумно расходовать энергию? Нужно знать свой предел, прежде чем браться за… что вы там такого сделали?
