Ещё вчера я жила без забот, а сегодня под чужим именем еду в другую страну работать гувернанткой. Ещё вчера думала, что спаслась от опасности, а сегодня мне угрожает новая. Ещё вчера моё сердце было свободно, а сегодня в нём поселился надменный дядюшка моих воспитанниц — он же глава Тайной канцелярии и академический маг, который считает мою интуитивную природную магию чем-то неправильным. А что нас ждёт впереди, даже предположить не берусь!
Авторы: Светлана Казакова
во мне.
Только человек с ледяным сердцем мог не полюбить их. Должно быть, в груди Мередит Глау именно такое. Ледышка, а не живое бьющееся сердце!
В тот же вечер, растревоженная этой беседой, я снова попыталась разговорить кухарку. Спустившись в кухню, застала её за перебиранием крупы для завтрашнего завтрака и предложила свою помощь. Она округлила глаза.
— Да неужто вы умеете это делать, миз? С вашими-то беленькими ручками! Небось и не готовили никогда в жизни!
— Вот вы меня и научите, — произнесла я, обратившись к ней уважительно, как к старшей.
— А вы ещё та лиса! — хмыкнула женщина. — Недаром рыжая! Опять выспрашивать будете?
— Я тут нашла одно старое письмо, не знаете, чьё оно? — поинтересовалась я, показывая ей то самое любовное послание, которое Доминик Винтергарден ошибочно принял за моё.
— И чего вы мне эту бумажку суёте, миз? Я и читать-то не умею! Как вы готовить! — припечатала собеседница.
— Но Джеральдина Ричмонд наверняка умела и читать, и писать! А значит, она могла написать это письмо! Вот что!
— И почему вам так не даёт покоя эта история? — нахмурилась тётушка Берта.
Я пожала плечами. Со всей определённостью ответить на этот вопрос у меня бы не вышло. Просто что-то мешало забыть и о письме, и о могилах на кладбище. Наверное, ощущение неразгаданной тайны. Или то, что всё это напоминало сюжеты романов, которые мне в родительском доме запрещалось читать.
Сорви-голова Джерри, всего лишь дочь управляющего, и старший сын в семье лордов, будущий наследник. Могли ли они полюбить друг друга? И почему эта история закончилась так трагически? Хотя разве могло быть иначе… Ведь, останься Эдриан Милтон в живых, его наверняка бы женили на куда более подходящей ему девушке-аристократке, а Джеральдина…
— Вы видели миз Ричмонд мёртвой? — спросила я.
— Нет. Она навещала одну женщину в деревне, дальнюю родственницу, хотела остаться у неё на пару дней. В ту ночь вспыхнул пожар, и домишко выгорел дотла.
Я ахнула.
— Но могила…
— Там кости их обеих, разве смогли бы разобраться, где чьи? Ещё обрывки одежды, которые нашли на пожарище. Оплавленный медальон Джеральдины, она его очень любила и никогда не снимала…
— Так вы думаете, нет никакой надежды, что миз Ричмонд жива?
— Была б она жива, разве оставила бы одинокого отца? Сбежала бы? Разве что…
— Да говорите же! — сгорала от нетерпения я. — Хватит уже недомолвок! Если эта история действительно осталась в прошлом, кому она может навредить сейчас?
— Дети лордов Милтонов и Джерри выросли вместе. Средний-то всё больше книжки читал, он и взрослым таким же остался, мир его праху. А остальные двое с ней близко сдружились.
— Леди Глау дружила с дочерью того, кто работал на её родителей? — усомнилась я.
— Так больше особо не с кем было! Это сейчас здесь люди кругом, а в те времена ближайшие соседи и те далече жили. Вот и оставалось играть с детьми здешних работников. Но это продолжалось только до отъезда детей в школы, — ударилась в воспоминания собеседница. — Когда они возвернулись, всё изменилось.
— И Джеральдина Ричмонд тоже…
Прежняя девчонка-сорванец выросла и превратилась в красивую девушку. Друзья детства встретились и взглянули друг на друга иными глазами. Но к чему это могло привести?..
Мне хотелось задать кухарке ещё множество вопросов теперь, когда её история подошла к самому интересному, но дверь кухни распахнулась, и заглянула одна из горничных.
— Лорд Винтергарден приехал, ему бы чего поужинать! — уведомила она, и моей собеседнице тут же стало не до разговора о событиях минувших дней. Она поднялась с места и захлопотала, разогревая еду, а до меня запоздало дошли слова девушки. Лорд Винтергарден приехал, наконец-то!
Я выбежала в холл, придерживая юбки, и остановилась на месте. Не видя меня, мужчина стоял, отряхивая плащ от дождевых капель, а навстречу ему спускалась по лестнице Мередит Глау, такая красивая даже в тёмно-лиловом капоте, полы которого подметали ступеньки. С её покатых плеч свисала шаль, край которой почти коснулся пола, но леди ловко её подхватила, выглядя при этом очаровательно-беззащитной.
«Змея тоже умеет притворяться, чтобы поймать добычу», — подумала я, кусая губы. Вот ведь! Не успела поговорить с магом до её появления!
Я должна немедленно рассказать ему, что эта гадина намерена отослать девочек в школу-пансион, а они туда вовсе не хотят!
— Это ты, Доминик? А я уже готовилась ко сну… Ничего не случилось?
— Ваш муж шлёт вам привет, леди Глау, — ответил он холодно, и я возликовала.
