Невеста из пророчества

спокойно, но пальцы здоровой, не обожженной руки сами собой потянулись к его лицу, желая убрать упавшую на лоб прядь медных волос.
— Мое здоровье, — он хмыкнул. — Если тебе так интересно — нет, проклятие лекарь не снял и предложил обратиться к наложившей проклятие прелестнице, потому что подобные интуитивные проклятия тяжело поддаются лечению.
Взглянув на мужчину, я поняла — он смеется над своим положением, пусть во взгляде и сквозит обида, но ему весело.
— И если ты хочешь спросить, каким образом это делается, — он довольно закатил глаза, и у меня появилось чувство, что он надо мной подшучивает, — ты должна очень сильно этого захотеть. И верить в то, что говоришь, — он обвел большим пальцем губы, заставляя меня краснеть.
— Вы издеваетесь! — теперь я была в этом уверена.
Расар фыркнул и насупился.
— Нет, просто выдаю желаемое за действительное, — хмуро произнес дракон. — Еще несколько посещений лекаря, и все вернется в норму, но цену за эти походы я вычту из твоего ежемесячного содержания.
— Содержания? — я подняла брови. — Кажется, я слышала что-то про провинцию, которая принадлежала моей семье.
— А ты далеко не простая, женушка, — Расар хмыкнул и кивнул. — Этот вопрос мы решим сегодня с советом. Они не захотят отдавать власть в этом регионе, но выбора у них нет.
— Тогда, выходит, мне не нужно Ваше содержание? — он засмеялся на этот дерзкий вопрос, и я поняла — во мне не осталось и капли страха перед этим мужчиной или положением, в котором я оказалась.
Все казалось… правильным.
— Ну почему же? Жена живет за счет мужа, и это нормальная и единственно верная практика среди аристократии Ширасарна, — он пожал плечами.
Я кивнула, хоть и не была согласна с ним. Обсуждая наш союз с Фрапом, мы пришли к заключению, что я продолжу работать, изменится лишь то, что я сменю место жительства на дом, принадлежащий нам с супругом.
— А кто тогда будет получать доход с провинции? Это же… Это же огромные деньги, — пробормотала я.
— А получать их буду я, и буду помогать тебе управлять землями, — он улыбнулся. — Правда, я хорошо придумал?
Желание стукнуть дракона стало непреодолимым, и я сделала это, легко ткнув его кулачком в плечо. Понятно — для него подобный удар тонкой женской рукой не больше, чем щекотка.
— Нет, Вы придумали плохо, — твердо сказала я.
— Ну ладно, значит, за лекаря я заплачу из собственных средств, — он насупился, а после мальчишеская улыбка озарила его жесткие черты лица.
— Можете вычесть из моего содержания, — я пожала плечами — что бы он ни говорил сейчас, те наряды, которые были оплачены для меня, сами по себе стоят целое состояние, и обвинять Расара в жадности просто несправедливо.
А вот словами он играть умеет и, кажется, любит это делать.
— Да ладно, чего уж там… ты все равно не ощутишь этого, а обидиться обидишься, я знаю тебя, — он подмигнул. — На какой вопрос ты хочешь получить ответ?
— Пророчество… Вы знали, что этот брак будет. Еще в первую нашу встречу ты говорил, что могло бы быть и хуже, — я говорила неуверенно, но ощущала, что мой взгляд полон надежды на ответ.
— Норил тебе рассказал верно. Дети лордов-протекторов в младенчестве получают пророчество, порой определяющее их жизнь, порой помогающее принять решение, — он пожал плечами, касаясь моей щеки, очень нежно и осторожно. — И наши дети получат подобное предсказание. И ты должна была бы получить.
Я кивнула, поняв, что большего сейчас не дождусь, он и так был очень откровенен.
— Но ведь я дракон, а полукровок с огненной кровью не бывает.
— Да, полукровок не существует. Или огонь выжигает все лишнее, или затухает. В тебе он спал, дар очень хитро был запечатан. А теперь он просыпается, и со временем, возможно, ты обретешь крылья, — он усмехнулся. — Боюсь представить, какой ты будешь драконицей.
Я слушала его, затаив дыхание и поражаясь тому, что внутри вновь просыпается мечта, которую ощущала каждая маленькая девочка — летать, взмывая к облакам.
— Почему это еще?
— Потому что, даже будучи человеком, ты упряма и принципиальна, и отнюдь не так мила, как может показаться при взгляде на твою внешность, — он щелкнул меня по носу и улыбнулся.
— Вы тоже не подарок, — сказала я уверенно.
— Ну почему же, для тебя брак со мной именно подарок. Ты обрела свое истинное место в мире, — он перечислял, а я уже закатила глаза. — Обрела мужа. И заметь, я даже не пристаю к тебе, пока по крайней мере.
— И сколько Вам потребуется ещё сеансов у лекаря? — спросила я с интересом и затаенной надеждой.
Вот только на что? Хотелось ли мне, чтобы он быстрее обрел мужскую силу или что бы воздержание продлилось