Невеста на три дня

продолжить: — Я нашла птенца и, кажется, он ранен, я хотела, чтобы вы взглянули.
Лекарь удивлённо изогнул бровь.
— Обычно я лечу людей, — неуверенно начал он и ещё раз взглянул на меня. Я улыбнулась. Постаралась вложить в улыбку как можно больше тепла и, видимо, это подействовало.
— Но, думаю, что справлюсь и с птенцом, — продолжил мужчина.
Я радостно протянула ему платок, в который укутала птенца, чтобы ненароком слишком сильно не сжать руки и не придавить его.
— Какой интересный малыш, — улыбнулся лекарь. Ему удалось очистить рану от запёкшейся крови и кое-как перевязать её белой тканью. Под ткань мужчина щедро намазал какой-то зеленоватый бальзам, приятно пахнущий мятой, и вручил испуганную птичку мне: — Насколько я помню, они у нас не водятся, — сказал лекарь.
Я просто промолчала. Не говорить же ему, что я даже не знаю, что это за птица, и вообще, подобрала её из чистого упрямства.
— Наверное, уйму денег за него отстегнули, — продолжал мужчина. Теперь я удивлённо подняла бровь, переводя взгляд с птенца на лекаря. Разве кто-то покупает таких птиц?
Я ещё могу понять, когда покупают зорких выдрессированных ястребов для охоты, но таких пушистых птенчиков, похожих на совят, едва ли кто-то купит. Да ещё и вывалив уйму денег.
________________________________________
— Он достался мне абсолютно бесплатно, — вежливо улыбнулась я.
— Значит, вам крупно повезло, — прищурился мужчина, — когда феникс вырастет, вы сможете заработать на нём целое состояние!
Феникс? Я вопросительно посмотрела на птенца, он на меня никак не отреагировал. Откуда в Крамииле феникс? Раньше, может быть, они здесь и жили, но сейчас вроде все истреблены. Их перья используются для изготовления очень многих лекарств и ценятся весьма дорого. Когда в королевстве были маги, среди них встречались сильные целители, которые могли лечить множество болезней, в наше же время, все лечатся с помощь лекарств, микстур и отваров из целебных трав. Я не знаю, как именно исчезли фениксы, но подозреваю, что широкое использование их перьев и внутренних органов в качестве сырья для лекарств с этим как-то связано. Да и сейчас это всё не важно, ведь у меня есть феникс! Найти его вот так просто в лесу — это почти то же самое, что встретить единорога прямо посреди города!
— Вероятно, вы правы, — задумчиво ответила я и, расплатившись с лекарем двумя серебряными монетами, пошла прочь. Уже у самой двери вспомнила, что не знаю города и, обернувшись, спросила, где найти лавку ювелира. Лекарь любезно объяснил мне, как дойти и я, довольная тем, что все нужные мне места оказались близко, выпорхнула на улицу.
Мне нужно было всего-то пройти через узкую полосу городского парка поперёк, и выйти на другой его стороне. Лекарь сказал, что там несколько лавок, в которых можно купить необработанные камни. Обычно их продают ювелиры, заодно уговаривая клиентов выбрать золотую, или серебряную оправу к своему камушку. Я старалась идти быстро и через полминуты уже шагала по городскому парку. Здесь запах скотобоен почти не ощущался, наверное, из-за обилия цветов и всевозможной зелени. По дороге рассматривала феникса, я же никогда не видела их живьём! Интересно, а он и вправду может выпускать пламя? Или дорастает до половины человеческого роста, как написано в книгах? А может, возрождается из пепла после смерти? Довольно большие для такого малыша глаза медового цвета смотрели на меня не в меру умным взглядом, и я прониклась нежностью к этой маленькой пташке. Ласково погладила его повыше клюва и улыбнулась.
Спокойствие и полное довольство жизнью длилось не долго, потому что буквально через минуту я почувствовала жжение в области груди. Наклонив голову, обнаружила, что моя рубашка тлела! На том месте, где она соприкасалась с медальоном, образовалась небольшая идеально круглая дырочка, края которой продолжали тлеть. При этом на своей коже, которая так же дотрагивалась до медальона я не чувствовала никакой боли. Жар шёл именно от тлеющей одежды. Я резко рванула медальон, и, порвав цепочку, выдернула его из-под одежды. Опасливо оглянулась, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. И взглянула на свой кулон. Серебро, которое оправляло яшму, было оранжевым, раскалённым, а сам камень тонкой струйкой золы осыпался мне под ноги. Паника накрыла почти мгновенно. Благо, что я уже рядом с лавкой. Но сам факт того, что камень так быстро испортился, заставил меня не только занервничать, но и напугаться до полусмерти.
Всё дело в том, что у меня уже был неконтролируемый выплеск магической энергии. Однажды. Когда мне было десять, и дар только проснулся в моей крови, мы с отцом и его немногочисленной свитой ехали из соседнего города, где были по