Невеста не по сценарию

как угорелый по замку, а потом и вовсе пропал с радаров, я решила было, что на этом мои неприятности закончатся на сегодня и даже в мыслях милостиво разрешила ему жить до завтра, но как же я заблуждалась.
В пылу погони, у меня как-то совершенно из головы вылетело, что есть те, кто желает его лицезреть ещё больше, чем я. Невесты. Двадцатка решительно настроенных дракониц, которые, естественно, тоже прознали, что их вожделенный принц объявился в дворце. Найти Крэса они не смогли точно так же, как и я, но… У них появилась другая жертва. Девушкам очень срочно понадобилась главный режиссёр отбора Василина Новикова.
Поначалу мне удавалось стоически отвечать на многочисленные вопросы, отбиваться от требований и не обращать внимание на просительные взгляды и, даже, взятки, но они всё ходили за мной, являлись снова и снова, пока моя нервная система не выдержала. Наорав на очередных “Мы тут мимо проходили, а где принц…”, я велела Адилии говорить, что меня нет во дворце, а сама, прихватив магический аналог наших планшетов, скрылась из своего кабинета, надеясь найти где-нибудь укромный уголок, чтобы поработать над сценарием. Жаль, что Адилия врать не умеет. Меня находили целых три раза, заставив в полной мере ощутить себя загоняемой дичью, а ещё воспылать самыми “нежными” чувствами к виновнику их озабоченности. Ух, я его… жениться заставлю, гада.
Когда этот безумный день наконец подходит к концу, я с непередаваемым облегчением выбираюсь из заброшенной подсобки, где отсиживалась последние полтора часа, и, смахнув с уха паутину направляюсь в жилое крыло, надеясь наконец оказаться в своих покоях и закрыться на ключ.
В коридоре темно. Световые кристаллы еще пока не зажглись и этим существенно облегчают моё положение. Крадусь вдоль стены, где тени более насыщены и хорошо могут скрыть мою бедную тушку от табуна настырных дракониц, которые полдня оттачивали свои охотничьи способности на мне.
На секунду замираю в попытке отдышаться, но дробный цокот дюжины каблучков выводит меня из оцепенения и заставляет в панике обшарить стены в поисках какого-либо укрытия. Я же читала в исторических романах, что замковые коридоры часто были снабжены многочисленными скрытыми нишами, альковами и каморками. Там ещё вельможи могли устраивать, втайне от всех, рандеву с понравившейся дамой, не боясь запятнать ее репутацию. Может и здесь такие есть? Пускай будут, а.
Двигаюсь тихо-тихо, едва слышно, сантиметр за сантиметром ощупывая каменную кладку. Гобелен, еще один, картина какого-то сражения во всю стену, снова гобелен. Безрезультатность поисков вводит меня в отчаяние, а, между тем, каблучки все ближе и ближе. Сейчас я уже даже сочувствую прЫнцу и, одновременно начинаю им восхищаться! Это ж какой немыслимый труд целый день бегать и прятаться!? Надобно у него взять парочку мастер-классов, если поймаю. Когда поймаю. Должна же я его когда-нибудь поймать.
Рука ныряет в пустоту за очередным гобеленом, и я вслед за ней, наконец-то найдя то, что, собственно, и искала. Как только расписной ковер перестаёт колыхаться, испуская облачка пыли, а я, помассировав переносицу, сдерживаю, способный выдать меня чих, в коридоре объявляются жаждущие моего сотрудничества девицы. Они, почти бесшумно, медленно двигаются вперед, выстроившись гуськом и сняв, грозящую их разоблачить, обувь. Вот это кадр! Босые, растрепанные погоней драконицы! Я едва сдерживаю смех и провожаю удаляющуюся колонну взглядом.
Нужно выбираться отсюда, да поскорее и драпать в противоположном направлении, пока не зажглись кристаллы, и тут не стало светло, как днем. Мои пальцы как раз вцепились в кромку закрывающей меня ткани, но сразу же отдёргиваются, ибо на сцене появляется новое действующее лицо.
Не веря своим глазам, узнаю в крадущемся лохматом громиле того самого всеми разыскиваемого прЫнца, судя по портретам. Этот жутко востребованный кадр на секунду останавливается, оглядывает стены и, к моему большому потрясению, направляется точно к тому самому гобелену, который стал столь надежным для меня укрытием. Не успев даже пикнуть, я внезапно оказываюсь прижатой к стене огромной драконьей тушкой. Не менее ошарашенный жених, на миг застывает, но быстрее приходит в себя и могучей дланью затыкает мне рот, прежде чем я успеваю испуганным вскриком выдать уже нас двоих. Мужчина склоняется ко мне, обдав висок горячим дыханием и, касаясь моего уха своими губами, едва слышно спрашивает.
— Невеста?
Я отрицательно мотаю головой, смотря круглыми как у совы глазами на дракона.
— Тогда молчи!
Молчу. Даже дышать стараюсь через раз. Чаще сквозь его ладонь всё равно не получается. И желание такое гадкое просыпается цапнуть зубами