Невеста не подарок

прикосновение провидения, взгляд богов и дуновение будущего. Но ничего из этого не произошло, только сухие пальцы старухи скользили по моим ладоням, вдоль тонких линий, складывающихся в узор.
— Вижу неволю и страх перед нелегким выбором, — прокаркала она, не отрывая взгляда от моих ладоней. — Вижу, что встретишься ты дитя со смертью. Да не один раз. В первый обогнет она тебя стороной, а во второй — окажется тем, кого ты жаждала увидеть всю свою жизнь. А еще любовь сильную вижу. Неземную. Окрыленную. Сил она тебе придаст, но и хрупка как хрусталь будет. Хранить тебе ее придется так тщательно, чтобы никто до нужного часа не узнал. И ты сама в том числе.
Она отпустила мои руки, подняла взгляд и растянула бескровные губы в улыбке:
— Вот такое тебе мое предсказание, дитя. Надеюсь, что поможет оно тебе рано или поздно сделать правильный выбор.
И не дождавшись моего ответа, гадалка отступила да растворилась в толпе.
— Странные слова, — потирая ладони друг об друга, проговорила я. — Чувствую себя так, будто меня в лохань с ледяной водой окунули.
— Мало ли, — пожал плечами Алистер, — может шарлатанка. Пойдем зверей смотреть?
— Зверей? — все мысли о странных словах предсказательницы тут же выветрились из головы. — Тут есть зверинец?
— Целая выставка, — с довольной улыбкой ответил мужчина и вернул мне уже слегка подтаявший десерт.
Выставкой оказался огромный темно-малиновый шатер практически в самом центре площади. Рядом со входом толпились люди, кричали дети, пытались проскользнуть мимо двух высоченных охранников. Но те зорко следили за желающими проникнуть внутрь без оплаты и ловили их за уши.
Алистер вновь продемонстрировал свое умение проскальзывать между людьми в толпе, никого не задевая по пути. Ко всему прочему, сейчас еще вел меня за собой.
— Простите, — пискнула я, налетев на женщину в алом платке. — Извините, — протянула, наступив на ногу высокому мужчине. — Аккуратнее, — поймала одной рукой ребенка, пытавшегося упасть к моим ногам.
Выдохнула только когда мы оказались в прохладе шатра, освещенного изнутри холодными белыми светлячками. Привязанный к моей руке шарик тоже засиял, стал ярче, чем был до этого.
— Ухты! Мантикора! — ахнула я, повернувшись к ближайшей клетке.
Из нее на меня огромными глазами смотрела большая кошачья морда, на спине зверя были сложены кожистые крылья, хвост покачивался из стороны в сторону. Вместо кисточки на его конце виднелось острое жало.
— Какая красивая, — протянула я, рассматривая мантикору. Та недоверчиво прищурилась и выдала грозное, но тихое «мрау». — Прелесть!
Алистер стоял рядом, посмеиваясь:
— Эта «прелесть» может одним ударом жала убить одну хрупкую эльфиечку. Не подходи к ней близко.
Мантикора повернулась на голос и зашипела, обнажив острые клыки. А я на всякий случай отступила на шаг от клетки. А потом хмыкнула:
— Вообще-то, я в книгах читала, что наш народ всегда мог найти общий язык с животными, а тем более разумными их представителями. В истории есть случаи, когда эльф обзаводился сильным хранителем, связав души с той же мантикорой или фениксом.
Алистер недовольно нахмурился:
— Слышал я об этом. Но не со взрослыми особями. Эльфы получали в дар за заслуги детенышей тех же мантикор. И своей магией настраивали канал, который связывал их в единое целое.
«Магией».
Я поняла, что хотел мне сказать мужчина, грустно хмыкнула и отошла в сторону. Да, то, чем я грезила, мне, увы, не доступно. Грусть вновь вмешалась в праздничное легкое настроение, но я отмахнулась от нее.
— Возможно, — губы сами изогнулись в улыбке. — Но пока не попробую, я не узнаю.
Алистер даже дернуться не успел, как я оказалась рядом с клеткой мантикоры, пропустила руку между прутьями, запустила пальцы в мягкую алую гриву и почесала зверя за ухом.
В следующее мгновение крылатый кот недоверчиво моргнул, а из его глотки вырвался тихий мелодичный рык. Мурчание.
— Мирэния, — тихо растягивая мое имя на слога, произнес мужчина, делая два аккуратных шага ко мне, — медленно убери руку и отойди.
Я недовольно дернула плечом, наслаждаясь мелкой вибрацией, которой исходила мантикора. Зверь зажмурился от удовольствия и повернулся так, чтобы мне было удобнее его чесать. А я… Я впервые почувствовала как внутри меня шевельнулась эльфийка. Та самая, которой положено гулять босиком по лесу, слушать шум ветра и говорить с обитателями чащи. Быть с ними на одном порыве ветра, на одной волне…
— Дай мне минуту, — попросила шепотом. — Просто дай мне минуту.
Не знаю, что именно остановило Алистера. Возможно, громкое мурчание дикого зверя. Может то, каким тоном я его попросила отступить.