Пошла за черникой, а нашла раненого герцога? Хорошо, что ты уже не изгнанная в деревню дочь аристократа, а иномирянка, причём фельдшер скорой помощи. План простой: обработать рану, ограбить пациента. Влюбить…? О, нет, любовь вне плана. История про девушку, которая попала в другой мир, наполненный магией, интригами и любовью.
Авторы: Мстислава Черная
пересела на автомобиль. Может, лошади на службе у Ирсена тоже демонические, как и котики? Вся четвёрка облепила меня и умиротворённо мурчала.
Окна закрыты плотными шторами, даже в окно не посмотреть. Зато город за стеклом не отвлекает от размышлений, а они… грустные. Ирсен использовал меня как наживку, правильно? Никакой реальной угрозы не было, меня защищали лучшие из лучших, включая жрецов Батиты, но всё равно не слишком приятно.
Ён словно догадался, о чём я думаю.
— Госпожа, нельзя было допустить, чтобы барон что-то заподозрил. Любая неестественность могла его насторожить, и он бы не сорвался. А значит, у нас не было бы оснований снять с него неприкосновенность. Собранных улик по контрабанде было недостаточно.
— Откуда вы знали, что он сорвётся?
— Главный заговорщик понял, что барон раскрыт. Арест был лишь вопросом времени, поэтому наш враг нанёс упреждающий удар. Он приказал барону избавиться от проблемы. От вас, госпожа. А заодно враг подготовил способ избавиться от барона.
— Но в этом раунде врага обыграли?
Ён пожал плечами:
— Вы живы, барон жив и будет допрошен. Можно сказать, что раунд выигран. Но…
— Но?
— Госпожа, вы дважды спутали врагу планы, и замести все следы он уже не сможет. Герцог непременно раскроет его, и враг это понимает. Его единственный шанс — грубые силовые действия.
Ох, как же я от всего этого далека. Спасибо, Ён хоть объясняет доступно.
По спине пробежал холодок ожидания ещё одного покушения. Логично же подловить меня по пути и ударить? То ли Служба безопасности сработала идеально, то ли враг придерживался иной логики.
Во дворец мы прибыли беспрепятственно.
Я спохватилась:
— Корона, полагаю, неуместна?
Я подняла руки, чтобы снять аметистовый венец.
— Нет, госпожа! — Ён поднялся и почти перехватил меня за запястья, остановил движение в последний момент, когда я замерла под его резким окриком.
— Нет?
— Госпожа, день получения короны от сюзерена — единственный день, когда корону можно носить свободно. Пожалуйста, не отказывайтесь от этой привилегии.
Сколько же нюансов.
Обещанная Ирсеном преподавательница ещё не прибыла. Хотя сейчас и не до занятий этикетом.
Я поблагодарила Ёна за совет, и мы вышли из экипажа. Мы, как оказалось, прибыли к одному из боковых входов, меня уже ждала леди возраста Кары. Леди носила мундир и, как я поняла, была кем-то вроде секретаря.
Быстро поприветствовав меня, она пригласила следовать за ней и зашагала прочь, совершенно не заботясь о том, что я едва поспеваю. Я вполне могла бы угнаться за ней бегом, но в платье… Это уже не эксцентричность, а самый настоящий позор.
Коридоры промелькнули, и леди привела меня в небольшую гостиную, выдержанную в спокойных бежево-шоколадных тонах с редкими вкраплениями золота. Леди приглашающе указала в сторону кресла и небольшого столика, к моему приходу уже сервированного. Для меня приготовили чай.
— Графиня, пожалуйста, ожидайте приглашения на заседание Совета. Я приду за вами. Если вам что-то понадобится, пригласите секретаря.
Эм… Это всё?
Я неопределённо кивнула.
Леди поклонилась и стремительно покинула гостиную. Наверное, у неё много дел.
— И долго нам ждать?
Вопрос бессмысленный, Ён таких вещей знать не может.
— Пока не проверим зал, где пройдёт Совет.
А?
Гостиная — что-то вроде прикрытия?
Сахарок заинтересованно высунулся из шали.
Ён приглашающе распахнул дверь, и мы вышли в коридор. Зал, где проведут заседание, располагался неподалёку от гостиной.
— Первая проверка завершена. Ваша очередь, госпожа.
Не моя, а Сахарка. И, кстати, демонов тоже можно отправить на разведку.
Единорожка спрыгнул на пол, и жрица поспешно потянулась к нему, но Сахарок дёрнул передним копытцем будто воду стряхивал, и жрица замерла. Сахарок посмотрел на неё с некоторым сомнением, будто заново оценивал. Жрица почему-то дрогнула. Сахарок картинно закатил глаза, а затем направил на жрицу острие рога.
Что было дальше, я не увидела, Сахарка и жрицу скрыла непроглядная медовая пелена. Я почувствовала на языке сладость. Не зря я единорожку Сахарком зову. Когда я придумала это прозвище, я думала о белизне его шерсти, а угадала невероятно точно.
Пелена стянулась к жрице, и осталась на её шее двумя нитками янтарных бус. На пол посыпались невесть откуда взявшиеся древесные листья, стебли травы, цветы. И без того жухлые растения стремительно засыхали, скрючивались, чернели. Повеяло тленом.
Засох цветок в вазоне.
— З-зачем?
Я впервые услышала голос жрицы. Разве она может говорить?
