Невеста Темного принца

снял пиджак и кое-как пристроился рядом с ней. Обнял, обнимая, словно раненое животное. И просто завыл, потому что не умел плакать.
Никто не мог оторвать меня от нее: после нескольких безуспешных попыток медсестры сдались. Они приходили и уходили, меняли капельницы, проверяли показания аппаратов. Потом приходил врач, что-то бубнил себе под нос, боясь даже посмотреть в мою сторону. Я надеялся, что все они и дальше продолжат меня игнорировать, потому что моя пропащая душа жаждала крови.
Несколько раз появлялся Лэрс: пока я стерег свою девочку, он, неожиданно, взял империю в свои руки. Мне было все равно, даже если бы брат довел ее до банкротства своим неумелым руководством, но, кажется, он неплохо справлялся.
На третий день доктор набрался храбрости сказать, что пришло время прощаться.
— У нее есть несколько часов, господин Шад’Арэн. Я сожалею… Мы сделали все, что могли.
Я знал, что умру вместе с ней. Нет, не буду пафосно вешаться или как сраный подросток резать вены. Я просто перестану дышать вслед за тем, как остановится ее сердце.
Когда появился Лэрс, я попросил его позаботиться о том, чтобы могила была достаточно большой для нас обоих: я буду с женой и с сыном даже в земле.
Она угасала и забирала с собой все тепло, которым так щедро делилась. Забирала нашего ребенка. А я не мог сделать совсем ничего, чтобы спасти их, хоть видят боги – пытался.
— Слышишь, Нана? Я знаю, что ты меня слышишь. Я люблю тебя. – Ее щеки под моими пальцами были мертвецки холодными, обжигали убийственным предзнаменованием скорого прощания. – Я люблю тебя больше, чем свою чертову жизнь. И я пойду за тобой даже на тот свет. И никакие ангелы в воротах Рая не остановят грешника, иначе я перегрызу им глотки.
Я прижал ее к своей груди, баюкая, как ребенка. Ее волосы до сих пор пахли теми цветочными духами, которые стоят на тумбочке в нашей спальне. Я знал, что мне не хватит оставшихся минут, чтобы надышаться своей Шпилькой, но я верил, что так или иначе мы скоро будем вместе.
— Ты меня задушишь… — пробормотала она едва слышно.
Я улыбнулся, испытывал невероятное облегчение от того, что в смерти мы соединились и здесь я могу наслаждаться ее голосом.
— Р’ран… Задушишь…
Прикосновение ее пальцев было почти невесомым, но все же я его почувствовал. Отодвинулся, чтобы убедиться, что не сошел с ума. Или подох, что меня вполне устроило бы в качестве платы за возможность быть с ней… где угодно.
— Шпилька? – Впервые мой голос дрогнул под напором рвущегося наружу счастья.
— Пить… хочу.
Если бы она попросила звезду с неба, я бы спросил какую.

Она быстро шла на поправку. Настолько быстро, что врач словно заведенный по десять раз на дню приходил к нам в палату, чтобы сказать: все произошедшее – уникальный случай в медицине. «Уверен, что это все из-за вашего постоянного присутствия», 0 бормотал он, пытаясь подвести под это теорию о биоритмах и какой-то подобной фигне. Когда его болтовня стала слишком навязчивой, я вывел умника за дверь и спокойно объяснил, что не позволю превратить своих жену и не рожденного сына в научную статью, которая его прославит. Я был достаточно убедителен, потому что бедолага даже не пытался спорить.
А еще через день в больнице появилась полиция с новостью о том, что Адела «Сука» Шад’Арэн пыталась покинуть страну, но была задержана в аэропорту, потому что находилась в списке подозреваемых. И мне не нужно было подтверждение Шпильки, чтобы знать, что это Адела пыталась ее убить.
Когда стало ясно, что жизни Наны и ребенка ничего не угрожает, я согласился на визит детектива, который, как выяснилось, не просто так ел свой хлеб, в отличие от людей, которым я доверил охрану своего дома. Он предоставил снимки с камеры слежения, на которых было видно, как Адела, которая сперва якобы покинула мой дом, вернулась через черный ход. В комнате на третьем этаже камер не было, и детектив надеялся, что Нана сможет заполнить пробелы, потому что вскоре Адела покинула дом через тот же черный ход: быстро, украдкой, словно воровка. Через сутки, когда новость о том, что Нана пришла в себя разнеслась по заголовкам всех бумажных и электронных изданий, сука попыталась сбежать – и была задержана, и взята под стражу, потому что нарушила подписанное согласие не покидать пределы страны до окончания следствия.
Единственное, что полиция так и не смогла найти – орудие убийства.
Но рассказ Нана все расставил по своим местам.
Я стоял у окна и ловил каждое слово ее рассказа: как она поднялась наверх, чтобы найти кое-какие семейные ценности Шад’Арэнов, которые собиралась использовать