Невеста Темного принца

воды.
— День перестает быть томным, — шепотом сказала Лиза.
Р’рану потребовалась секунда, чтобы оценить обстановку, а потом он придвинулся ко мне и вручил бутылочку с лимонным соком. Я пробормотала невнятное «спасибо» и в один присест опустошила ее почти наполовину. Боги, до чего же вкусно!
— Что он тут делает? – спросила я шепотом, пытаясь не думать о том, что Соня обвивается вокруг Лэрса, словно ядовитый плющ. Моего Лэрса, между прочим!
— Приехал к невесте, я так понимаю, — безразлично бросил Р’ран.
— И ты, конечно же, не знал об этом.
— Представь себе – нет. Даже я не всесилен, Шпилька.
— Не называй меня шпилькой! – громко шикнула я.
— Еще как буду называть, каждый день всего месяца, который ты будешь на меня работать. И чем больше ты злишься, тем это веселее. Правда, Шпилька, с таким выражением лица ты похожа на боевого хомячка – как я могу устоять?
Врезать бы ему как следует, так, чтобы перестал думать, будто вселенная вращается вокруг его персоны, но тогда это на корню уничтожит мой образ хладнокровной профессионалки. Поэтому пришлось улыбнуться и сделать вид, что я как-нибудь переживу это издевательство.
— Почему я не удивлен… — рассеянно пробормотал Лэрс, когда, наконец, высвободился из цепкой хватки своей невесты и заметил мое присутствие.
— Р’ран, рада тебя видеть.
И вот тут я увидела настоящее преображение. Из холодной стервы Соня вдруг превратилась в подтаявшее желе, которое разве что не ползло к ногам своего хозяина. Причем эта перемена была такой разительной, что мне захотелось треснуть Лэрса по затылку и прокричать ему в ухо: «Ты что, идиот?!»
Она потянулась к Р’рану, намереваясь «осчастливить» поцелуем в щеку, но он отодвинул ее руки и свел все к банальному кивку. На хищницу Соню было жалко смотреть: она вообще не умела владеть эмоциями и о том, что Первая красотка Шукшина без памяти влюблена в Р’рана из всех присутствующих не догадался, кажется, только ее жених. Мой бедный слепой наивный Лэрс.
Я печально вздохнула, гоня прочь мысли о том, что по странному стечению обстоятельств образ Лэрса сегодня уже дважды покрывается неприятным налетом плесени. Это просто… неудачный для всех нас день. Завтра, когда мы переварим случившееся, все встанет на свои места.
— Спасибо за цветы и поздравления, — не справившись с разочарованием, поблагодарила Соня.
— Обычная вежливость, — холодно ответил Р’ран. Повернулся – и, хмурясь, приложил ладонь к моему лбу. – У тебя температура, Шпилька.
— Фигня, — бросила я, и тут же прикусила язык.
— Как… современно, — хмыкнул он. – Лиза, вы все купили?
Лиза без заминки перечислила весь немалый список моего нового гардероба, а я тем временем наслаждалась вытянувшейся физиономией Сони. Бедняга, кажется, ее мир больше никогда не станет прежним. Интересно, что Р’ран дарил ей, когда они крутили интрижку целых две недели? Украшения? Звезды с неба? Чем вообще можно удивить такую, как она?
— Украшения оставим на потом, а сейчас Нане нужно в постель, — распорядился Р’ран.
— Я в порядке, — попыталась сопротивляться я и даже отодвинулась.
И чуть не шлепнулась, когда в глазах вдруг потемнело, а голова пошла кругом. Озноб неприятно хлестнул по спине, суставы заныли, словно меня сунули под пресс.
— Правило второе, Нана: если я говорю, что тебе нужно в постель, то ты идешь в постель, — проворчал Р’ран, поднимая меня на руки. И уже шепотом, едва касаясь губами моего виска, добавил: – И нечего так кривиться, Шпилька, потому что, поверь, я последний человек на всем белом свете, который вложил бы в эту фразу неприличный смысл. Деловые отношения, помнишь?
— Сдался ты мне, — бросила я, чувствуя, что катастрофически близка к обмороку. Пришлось обнять его за шею и положить голову на плечо. Тепло, уютно.
Мысли о волнении и дрожи, от которой подгибались кончики пальцев на ногах, я убила в зародыше. Это все метка. И нет никакой другой причины, почему в руках этого самодура мне вдруг так спокойно.
— Разве мы не должны провоцировать Лэрса? – пробормотала я, когда Р’ран пинком открыл дверь и мы вынырнули в приятную прохладу дождливого вечера.
— На сегодня достаточно, Шпилька. Вряд ли он проникнется к тебе любовью, если ты растечешься в лужу у его ног.
— Никогда бы так не сделала, — уже шепотом возразила я. – Я же не Соня, которая чуть не изнасиловала тебя взглядом. Что вообще мужчины находят в таких, как она? Длинные ноги? Красивые глаза? Пустую голову? Рядом с такими легко казаться умнее? Почему Лэрс выбрал ее, а не меня?
Уверена, что брошенная им фраза была лишь плодом моего воспаленного температурой воображения, но и она приятно согрела душу.
«Потому что идиот».