Я – Нана Шереметьева, идеальный личный секретарь. Я умею быть невидимой полезной тенью, я научена «прятать» своего босса от журналистов и брошенных любовниц, покупать подарки его женщинам и выбивать лучшие лоты на аукционах. Лэрс – моя мечта, он идеальный и безупречный. И работа его помощницы была почти у меня в кармане. Работа – и перспектива стать для него кем-то большим, чем «личный секретарь». Но у судьбы странное чувство юмора, и вместо милого Лэрса мне в боссы достался его старший брат – Р’ранис, жестокий и бессердечный. Он – Темный принц, чистокровка, и я для него – человек второго сорта. И на этом мои неприятности только начинаются…
Авторы: Субботина Айя
для вразумительного ответа. К счастью, наше уединение вовремя разбавило появление Лэрса. Правда, с ним в комплекте шла и Соня Шукшина, но я была так рада избавиться от дурацкой неловкости в компании Р’рана, что мне было плевать и на сто Сонь вместе взятых.
— Вы почти не пропустили ничего интересного, — скупо бросила Соня, взглядом исследуя мое кольцо. И как-то слишком поспешно завела руку за спину, пряча свое собственное. Конечно, ведь оно не шло ни в какое сравнение с моим. Вот только ее было настоящим. Ну, хотя бы отчасти. А за моим не было ничего, кроме шантажа. – Лэрс сказал мне, что вас можно поздравить.
— Вроде того, — стараясь казаться беззаботной, бросила я, мысленно упрашивая Лэрса не смотреть на меня таким осуждающим взглядом. Совершенно точно, что от кого-то он в курсе, что мы с Р’раном утром были голыми в одной постели. Иначе откуда эта примесь брезгливости?
«Какого черта?! – взбеленился мой внутренний голос. – Он собирается жениться на другой – и не испытывает ни малейшего угрызения совести из-за того, что, фактически, был моим парнем последние два года. Он подвел меня по всем пунктам и не имеет никакого морального права осуждать и мерить своими рамками».
Я вовремя остановила поток негодования, прекрасно понимая, что ни к чему хорошему это не приведет. Лэрс просто такой же заложник ситуации, как и я, и мы оба стали марионетками манипуляторов. Разница лишь в том, что у меня нет совершенно никаких рычагов давления на своего палача.
— Лэрс, на два слова.
Р’ран взял его за плечо и увел в сторону, а я подумала, что если Соня срочно не уберется с глаз долой, то обязательно нарвется на то, чтобы остатки шампанского в моем бокале превратились во влажное украшение ее платья. Хоть бы она рот не открыла, пока я не найду вразумительную причину избавиться от такой компании.
— Ты же в курсе, дорогая, что они были тайно обручены? – спросила Соня, разбив мою хромую надежду избежать неприятного разговора.
— Лэрс и Р’ран? – Я натурально изобразила удивление. – Ну и семейка! Никакого морали!
— Очень смешно, — скривилась Соня.
— Совершенно не смешно. Я думаю, ты должна была заявить об этом в общество Защиты морали, чтобы они взяли семейку на контроль. А то, знаешь, мало ли что…
— Они собирались пожениться, потому что Виктория забеременела.
— У тебя явная передозировка желтой прессы, и у меня нет никакого желания и дальше выслушивать твой желчный бред. Понимаю, что тебя в некоторой степени задевает то, что ты получила лишь второго Шад’Арэна, хотя имела все шансы получить первого, но уж смирись. Есть в жизни огорчения посильнее. Например… отклеившиеся накладные ресницы.
Она инстинктивно провела ладонью по лицу, побледнела – и лишь увидев мою ироничную улыбку, одернула руку.
— Не хочу тебя расстраивать, дорогая, но по имеющейся у меня информации, Виктория не сделала аборт. И сегодня Р’ран узнает много интересного.
Я поняла, что во рту стало сухо, потому что язык пристал к нему, словно приклеился. Слава богам, двух глотков шампанского хватило, чтобы немного поправить дело, хотя я все равно чувствовала себя неспособной выдать какой-то вразумительный ответ. Потому что его попросту не было.
Обручение. Беременность? Что за бред?
Так, нужно срочно убираться подальше от этой склочной обиженной бабенки, пока она не заразила меня сволочизмом. И вообще: не хочу вникать в прошлое Р’рана, потому что не собираюсь становиться его будущим. Потому что до тех пор, пока у нас договор и моя сестра в безопасности, мне совершенно все равно, кто и сколько детишек успел ему родить.
В следующую минуту я обнаружила, что стою в туалете и пытаюсь унять дрожь в пальцах, сунув их под холодную воду. Да, со мной такое случается, если я слишком сильно во что-то погружаюсь, но обычно это касается только тех, кто мне действительно важен. Р’ран точно не может входить в этот список.
— Нана, да?
Виктория всплыла у меня за спиной в отражении зеркала. Я закрыла кран и на минутку прижала ладони к щекам, уговаривая себя не рваться с поводка. У богов какое-то странное чувство юмора сегодня, иначе зачем они суют мне одну за другой бывших подружек монстра? И пока он там занимается непонятно чем, я должна корчить из себя полководца Суворова и полководца Кутузова вместе взятых, отбиваясь от нападок этого серпентария[1].
Ладно, повоюем.
[1] Серпентарий: помещение или пространство для содержания змей с целью получения от них яда.
— Ты же знаешь мое имя, — не стала подыгрывать ее попыткам сделать вид, что мы совершенно случайно столкнулись в туалете. – Хочешь о чем-то поговорить