Я – Нана Шереметьева, идеальный личный секретарь. Я умею быть невидимой полезной тенью, я научена «прятать» своего босса от журналистов и брошенных любовниц, покупать подарки его женщинам и выбивать лучшие лоты на аукционах. Лэрс – моя мечта, он идеальный и безупречный. И работа его помощницы была почти у меня в кармане. Работа – и перспектива стать для него кем-то большим, чем «личный секретарь». Но у судьбы странное чувство юмора, и вместо милого Лэрса мне в боссы достался его старший брат – Р’ранис, жестокий и бессердечный. Он – Темный принц, чистокровка, и я для него – человек второго сорта. И на этом мои неприятности только начинаются…
Авторы: Субботина Айя
кровоточащие ранки. У меня, между прочим, большие планы на этот рот.
Ок, старина Р’ран, у тебя были большие планы на этот рот, но с этим пора заканчивать.
— Аврора опоздала на самолет и очень важный для карьеры показ, — обреченно, как будто речь шла о ее собственном будущем, призналась Нана. Она так трепетно обхватила телефон, что я чуть не изошел на ревность к идиотскому куску пластика. – И еще она узнала, что беременна, и из-за тошноты не смогла…
Шпилька сделала пространный жест рукой, печально вздохнула.
— И? – не понимал я. – В чем проблема?
— Ты издеваешься?
— Совсем нет. – Я действительно был серьезен, как никогда. – Нужно сделать аборт? Я могу устроить частную клинику, где все сделают быстро и анонимно. И мой самолет…
— У тебя есть самолет? – Серебристые глаза стали огромными, как будто среди бела дня случилось двойное полнолуние.
— Ага, есть. И еще яхта, и…
Нана снова не дала мне закончить, с диким визгом радости бросившись мне на шею. Клянусь, еще никогда и никто не обнимал меня так крепко, что я засомневался в сохранности своего кадыка. И все же, это было приятно.
— Ты правда поможешь? – уткнувшись мокрым носом мне в шею, неуверенно переспросила она.
— Нана, это вообще не проблема. Я думал, на нас метеорит падает, ей-богу. Нашли из-за чего разводить слезы.
— И что я буду должна взамен? – еще более осторожно, уточнила Шпилька.
— Обещание прекратить реветь.
— И все?
У меня язык чесался от предложения в ответ отсосать мне, но это была бы слишком грубая шутка даже для моего дурацкого чувства юмора. Поэтому я просто сказал: «И все», и потянулся за телефоном.
— Ты – лучший! – пискнула она, подрагивая от облегчения.
Я не мог сдержать довольную улыбку.
Через час мы уже были на частном аэродроме, и я забросил в салон самолета пару внушительных чемоданов Авроры. Всю дорогу в машине они с Наной о чем-то шушукались, но, клянусь, я пару раз услышал свое имя. И еще фразу: «Самое сексуальное, что мужчина может сделать для женщины, так это сказать: «Я решу твои проблемы, детка». Надо же, кто бы подумал.
— Спасибо, что устроил это, — сказала Нана чуть позже, когда самолет превратился в крохотную точку и нырнул за облака. – Ты не должен был, она же чужой человек.
— Ты не чужая, — пожал плечами я. – Ты – деловой партнер. Считай, что я сделал инвестицию в наше плодотворное сотрудничество.
— В самом деле, — пробормотала она, пряча ладони в рукава кофты.
Если бы не ее признание о том, что она собирается замуж за моего брата, я бы подумал, что Шпилька хотела услышать другую причину, поэтому списал ее грустный вздох на усталость и нервы.
— Прости, что сегодня все сорвалось, — извинилась она, позволяя мне побыть долбаным джентльменом и усадить ее в машину.
Девчонку порядком штормило, и я предпочел не рисковать. Правда, когда пристегивал ремень безопасности, слишком близко наклонился к ее губам и не смог удержаться от желания погладить нежную искусанную кожу. Нана слабо дернулась, и я быстро одернул руку, вколачивая в голову, словно заклинание: «Она станет женой Лэрса, для этого она тебе нужна – и точка».
— Сегодня был просто момент, которых будет еще предостаточно. Строго говоря, Нана, я почти уверен, что Лэрс уже и так на пределе, иначе он бы не линчевал меня взглядом, словно святой – сатану, всякий раз, когда я просто на тебя смотрел. Парочка поводов для ревности – и он у тебя в кармане.
— А ты получишь свою империю, — дополнила она, смешно сморщив нос. И громко чихнула.
— Скорее, избавлюсь от риска потерять над ней стопроцентный контроль, — поправил я. – Тебе нужно согреться.
Дома я вручи ее заботам слуг и до самого вечера проторчал в кабинете, собирая в кучу всю информацию, ради которой проторчал неделю в командировке. И сделал запрос о том. Что мне срочно требуется новый личный секретарь, потому что, совершенно очевидно, самому мне никак не справиться, а Нана, очевидно, уже не годилась для этих целей.
Во втором часу ночи я, наконец, выбрался из своей берлоги и, разминая затекшие плечи, пошел наверх. Спать не хотелось, поэтому я собирался принять душ и просто поваляться, наслаждаясь видом спящей Наны. Возможно, она пускает слюни во сне? Или храпит? Тогда бы у меня появился повод уцепиться за это несовершенство и выкорчевать из башки странную одержимость.
Я уже собирался войти, когда споткнулся об странный звук. Прислушался, очень надеясь, что ошибся. Увы, нет.
Она плакала.
Явно пыталась сдерживаться, поэтому изредка всхлипывания гасли, как будто из прятали в подушку, но потом слезы
