Невеста Темного принца

Пока я снова и снова посасывал ее тугую горошину, тело Наны буквально вколачивалось в постель от жесткой дрожи. Я отодвинулся, дав ей минуту передышки – и снова пустил в дело язык. Раз за разом, подводя к той грани, где она не могла думать ни о чем, кроме разрядки и полета за облака. Держать член в штанах было той еще мукой, но я держался. Сегодня – ее день.
— Не могу больше, — сквозь стиснутые зубы прошипела Нана, мотая головой по кровати, словно безумная.
«Знаю, Шпилька», — мысленно усмехнулся я, понимая, что время пришло.
Заменив язык кончиком большого пальца, я почти мгновенно избавился от штанов и от трусов, от души застонав, когда, наконец, член оказался на свободе. Я хочу эту девчонку, как какое-то первобытное дикое животное, готов сожрать, но и это вряд ли помогло бы полностью ею насытиться. Все нервы напряжены, натянуты жилами. В это мгновение я чувствовал себя бомбой, которая готова рвануть от малейшего неосторожного движения. Наверное, это и к лучшему: не хотелось бы мучить Шпильку долгим забегом в ее первый раз.
Я с наслаждением вобрал ее громкий стон разочарования, когда убрал руки, чтобы достань из заднего кармана штанов презерватив и раскат латекс по всей длине. Даже собственные прикосновения раздражали. Хотелось одного: поскорее оказаться в раскаленной влаге моей Наны, иначе я точно кончу на кровать. Проклятье, рядом с этой девчонкой я будто какой-то сосунок, который ни хрена не знает о том, как превратить секс в феерический оргазм.
Я подтолкнул Нану выше, забрался на кровать, осматриваясь. Слава богам, у нее есть маленькие подушки. Одну, самую мягкую, я подложил Шпильке под бедра, одновременно устраиваясь между ногами своей малышки.
— Ничего себе… — выдохнула Шпилька, разглядывая меня сквозь полуприкрыты веки.
— Все будет хорошо, — пообещал я, очень надеясь, что не стану в итоге брехлом. Природа на мне не отдохнула, что есть – то есть, но сейчас, когда Шпилька так заведена, все должно пройти идеально. – Главное, не шевелись.
Она снова бурно отозвалась на прикосновения к ее клитору. Остро, жадно, как умирающая без воды. И наверняка даже не почувствовала, как я, придерживая член свободной рукой, приставил головку к ее входу. Надеюсь, я не туплю. Боги, очень надеюсь.
Я безупречно почувствовал тот момент, когда Шпилька подошла к самому пику. Она разве что не кричала от потребности получить оргазм. И я, постукивая пальцем по чувствительной плоти, дал ей его. Вспышка, в которой она растворилась без остатка, была самым лучшим сигналом.
Одним решительным толчком, я задвинул член внутрь нее. Весь сразу, до самого основания.
Нана закричала, растворяясь в сладком оргазме и первой острой боли. Все сразу, бешеный коктейль. Удивительно, что у меня не лопнули барабанные перепонки.
Блядь, какая же она тугая! Жадная, раскаленная. Моя! Теперь – моя!
Я дал ей секунду, чтобы привыкнуть к ощущению себя внутри, осторожно поглаживая ладонями пульсирующий живот. Нана сглотнула, потянулась ко мне в немом призыве. Я опустился на локти, собственнически впиваясь в ее губы, одновременно чуть выскальзывая наружу – и снова внутрь. Несколько коротких движений, успокаивая и расслабляя.
— Р’ран… — Ее взгляд вспыхнул, как адская ртуть.
— Все хорошо? – спросил я, наклоняя голову чуть ниже, агрессивно втягивая ртом сосок.
— Да, да, да…
А теперь она должна почувствовать всего меня, каждый сантиметр. Я почти вышел – и снова ударился в нее бедрами, глубоко, по самые яйца. И застонал. Я, на хрен, никогда не стону в кровати! Что за?.. Я подался назад и снова вперед, наращивая ритм одновременно с покусываниями ее чувствительного соска. Кажется, от этого она балдеет почти так же сильно, как и от моего языка у нее между ног. Толчок – и ее грудь подскакивает, второй сосок почти болезненно царапает мою кожу.
Нана начала задыхаться в собственных криках, и я вместе с ней.
Быстрее и сильнее, какими-то крохотными остатками сознания все еще хватаясь за мысль о том, что моей Шпильке не должно быть больно, а я уже и так сорвался с цепи.
Она кончила второй раз: бурно, брыкаясь подо мной, как дикая лошадка.
Слава, мать его, богам! Мои яйца в безопасности.
Оргазм накрыл меня, словно лава: растекся по коже, позвоночнику, по, блядь, костям! Наверное, никогда в жизни я не был таким беззащитным, как сейчас. Вряд ли смог бы сделать хотя бы пару связных движений. Кажется, я довольно громко рычал, пока каждая секунда превращалась в райское наслаждение, размером со взрыв Сверхновой.
Что бы ни сделала со мной моя Нана, я определенно хочу повторять это снова, и снова, и снова.