Невеста Темного принца

А ведешь себя, как эгоистка.
— Я стараюсь быть разумной и не использовать розовые очки.
— Ты обязана обо всем сказать Р’рану. Он… он производит впечатление мужчины, который понимает значение слова «ответственность».
О да, я уверена, что он понимает. И именно поэтому я не скажу ему ни слова.
Потому что мне мало стать матерью его ребенка. Мне мало быть обузой, которую он будет обеспечивать из чувства долга. Потому что я жадная маленькая дурочка, которая хочет его сердце – целиком и полностью. И не по принуждению, не под прессом чувства вины и необходимости совершить правильный поступок, а потому что он любит меня. Все остальное лишь полумеры, получувства. И полужизни, в которых ни один из нас не будет по-настоящему счастлив.
— Я люблю тебя, Маргарита, но пожалуйста, в этот раз позволь мне самой принять решение. В конце концов, Р’ран может вернуться.
Она поморщилась от откровенной фальши, с которой прозвучали эти слова, но мне было все равно. Я поднялась к себе в комнату, дрожащими от слабости руками переоделась в пижаму, крем глаза поглядывая на себя в зеркало. И только теперь заметила, что метка на моем плече исчезла совсем. А это значит, я снова буду спать без сновидений, и ночь больше не будет наполнена сладкими запахами и звуками. Это было очень символично. Все рано или поздно кончается.

Утро выходного дня началось тяжело. Накануне я снова промучилась с тошнотой. Мне было так плохо, что Марго дважды порывалась вызвать «скорую», но в конечном итоге мой желудок успокоился и я, затолкав в ноздри вату, забралась под одело, чувствуя себе злой и обессиленной. Я спала и во сне проваливалась в бесконечную черную пропасть, где не было ничего, кроме пустоты, которая, словно водоворот, засасывала меня глубже и глубже, туда, где огромными алыми буквами горело число «семь». Именно столько дней Р’ран не давал о себе знать: ни сообщений, ни звонков, никаких признаков того, что он вообще помнит о моем существовании.
Я подготавливала себя к этому сценарию развития наших отношений каждый день и каждый час, но все равно проигрывала в поединке с болью. Иногда мне казалось, что еще немного, капелька отчаяния – и мое сердце просто взорвется, как надутый пакет из-под чипсов. Но каким-то чудом оно продолжало биться: час за часом, день за днем.
Марго с самого утра ушла в аптеку, сказав, что моя тошнота за пределами всего разумного, и она обязана что-то сделать, прежде чем связать меня и отправить в больницу. Я даже не сомневалась, что она всерьез рассматривает такой вариант, а не говорит ради красного словца.
Когда в дверь позвонили, стрелки часов перевалили за одиннадцать утра, и я даже не представляла, кто бы мог появиться в такую рань. На всякий случай накинула халат в пол, пряча под ним фланелевую пижаму в радугах и единорогах. Как ни странно, ее подарила Аврора, и, несмотря на явно детский вид, пижама была произведением какого-то модного дизайнера. Меня вполне устраивало то, что она мягкая, теплая и из натуральной ткани.
На пороге стоял Р’ран.
В безупречном, дорогом черном костюме, темно-синей рубашке, и с подстриженными волосами. Первую минуту я пыталась сосредоточиться хоть на чем-то, чтобы удержаться в этой реальности. Ему идет эта новая прическа, хотя, сомневаюсь, что в мире существует хоть что-то, способное испортить моего монстра.
— Собирайся, — коротко и резко скомандовал он, вторгаясь в дом с видом человека, который очень торопится.
— Куда? – машинально спросила я, и тут же мотнула головой. – Как у тебя…
— Я сказал, собирайся. Что именно тебе не понятно?
Зачем же так грубо. Не появляться целую неделю, не давать о себе знать и появиться только для того, чтобы отдавать приказы, словно салдафон.
— Мне непонятно, что ты делаешь в моем доме, — сохраняя терпение, сказала я, удерживая между нами дистанцию. Его запах и так обжег меня, сделал такой слабой и мягкой, что стало стыдно перед самой собой. Я никогда не валялась в ногах, и нет ни единой причины изменять этому жизненному принципу. Даже если все во мне, каждая клеточка и частичка, тянуться к нему, грозя разорвать кожу. – Потрудись объяснить, о чем речь. У меня другие планы и я не собираюсь менять их только потому, что ты вдруг вспомнил о моем существовании, Р’ран Шад’Арэн.
— Другие планы? – резким, как стеклянный клин, голосом, спросил он, щурясь, словно хищник. – Надеюсь, они не включают в себя посещение больницы и аборт?
— Как ты… — начала я и тут же замолчала.
Марго. Будь она неладна со своими принципами и правильностью, и материнской опекой, от которой меня, кажется, сейчас стошнит.
Я залепила рот