Хорошенькое дельце — обнаружить в собственной постели труп голого мужчины… Недаром скромный корректор Таня Чижова искренне считает себя жительницей того самого рекламного Виллабаджо, обитатели которого никак не могут отмыть свои сковородки. И верно: невезуха буквально преследует Таню.
Авторы: Яковлева Елена Викторовна
я, совершенно не готовая к подобному развитию событий.
— Сиди и не вякай, — посоветовал мне тот, кто дышал рядом. А с переднего сиденья послышалась команда:
— Давай жми.
Машина сорвалась с места.
Значит, их двое, решила я. Э, нет, трое, ведь тот дал кому-то команду трогать. Трое мужиков на одну беззащитную женщину — по-моему, это чересчур даже для гангстеров. Просто ни стыда, ни совести.
Я послушно сидела и не вякала, а машина плавно неслась по ночному шоссе, никуда не сворачивая. Наверное, мы были уже на приличном расстоянии от «Пеликана», когда сидящий на переднем сиденье рядом с водителем снова открыл рот:
— И зачем тебе Юрис?
Ну вот, здрасьте, приехали. Эта неприятность не шла ни в какое сравнение с тесными Ингиными штанами.
— Ну, чего молчишь?
— А вы что — Юрис? — С помощью этого глупого вопроса я пыталась выиграть время, столь необходимое мне для того, чтобы свести концы с концами. Кто они такие и почему ко мне прицепились?
— Не-а, я не Юрис, — достаточно миролюбиво возразил тип с переднего сиденья, — но он мне тоже позарез нужен.
— Надо же, какое совпадение! — поразилась я, продолжая усиленно соображать, кто же навел на меня эту бесцеремонную троицу: меланхоличный бармен, писклявый карлик или магнетический мистер Тореро? Хотя какое это имело значение при нынешних раскладах! С чьей бы помощью я ни угодила в капкан, спасаться мне предстояло в одиночку. Может быть, даже путем отгрызания собственной лапы, точнее — левой руки, которую словно тисками сжимал смраднодышащий шакал.
— А может, мы разных Юрисов ищем? — осмелилась я высказать предположение. — Ваш какой?
— А твой какой? — тут же перехватил у меня инициативу невидимый бандюга. И что за манера такая — отвечать вопросом на вопрос.
— Мой? Ну… Мой такой… Маленький, хроменький и с бородавкой на носу.
— Ну вылитый портрет нашего, да, ребята? — радостно хмыкнул бандюга. Ребята ответили ему гробовым молчанием.
Тут же последовал новый вопрос, который, по существу, был старым:
— И зачем ты его ищешь, нашего общего Юриса? На этот раз я не стала называться двоюродной сестрой Юриса, к чему, ведь все равно не поверят.
— Зачем-зачем… — Я вспомнила Ингу. — Он мужчина, я женщина, все очень просто.
— Значит, у вас любовь? С маленьким, хроменьким, с бородавкой на носу?
— У русских женщин — широкая душа, — философски обронила я в темноту, которая, впрочем, начинала постепенно проясняться. Сквозь крупные петли натянутой на мою голову трикотажной кишки уже можно было кое-что рассмотреть. Например, неясный силуэт напротив, массивный, грузный и бесформенный. Какой-то всадник без головы.
— Значит, у вас с Юрисом любовь, вот оно что… А я-то всегда считал его «голубым». — Грузный силуэт слегка покачнулся, и я поняла, почему он показался мне безголовым. Потому что я не могла разглядеть шеи, скрытой большой лохматой бородой. Надо же, какой колоритный гангстер!
Юрис был «голубым»? Что за чушь он несет? Просто морочит голову. На кой бы черт прибалтийский красавчик понадобился Инге, не будь у него все в порядке ниже пояса?
— Ты никак расстроилась? — участливо спросил бородатый, которого я впредь для краткости и простоты буду именовать Бородой. — Зря. Не последний же мужик он на белом свете остался, захочешь — другого найдешь. А вот нам нужен только он, и мы не успокоимся, пока его не отыщем. Усекла?
— Усекла… Только я, знаете ли, все больше убеждаюсь, что наши с вами Юрисы разные. — Я мысленно проклинала себя за идиотскую вылазку в «Пеликан», с помощью которой собиралась выпутаться из одной истории, а угодила в другую. И на что я, спрашивается, рассчитывала, с моей-то родословной! С моими-то корнями, глубоко уходящими в бесплодную землю забытого богом Виллабаджо!
— Ну, хватит шуточек, поговорим серьезно. — Борода резко сменил тон. — Я жду ответа: где наш золотой мальчик? Считаю до трех. Раз…
— Да не знаю я, не знаю! Зачем бы я его искала, если б знала?
— Логично, — согласился Борода. — Одна загвоздка: он мне так нужен, и я так давно его ищу, что логикой меня не прошибешь. Ставлю вопрос иначе: когда ты его видела в последний раз и при каких обстоятельствах? Да, кстати, мы, кажется, еще не познакомились. Как тебя зовут, милая?
— Ка… Катя, — сказала я. Сама не знаю, почему я выбрала это имя, а не какое-нибудь другое. Да если б я и Таней представилась, что изменилось бы? Потому что, если ему вдруг вздумается, скажем, прогладить меня раскаленным утюгом, вопрос о конспирации отпадет сам собой.
— Ну вот, Катенька, когда ты видела Юриса в последний раз и при каких обстоятельствах?
