Невидимый

Поговорив со своим информатором из Нюнэсхамна, Юхан бросил трубку. Откуда старикашка так быстро все узнает? Он ломая голову над тем, с кем же у старика такие хорошие отношения.
Схватив блокнот, мобильный телефон и ручку, он выбежал из номера. Еще одно убийство. Три убийства менее чем за три недели! Ужасно, невероятно! Стокгольмские редакторы хотели, чтобы он отправился в Нэр и передал оттуда репортаж по телефону в режиме реального времени для крупнейших программ новостей. До этого нужно было собрать как можно больше сведений. По словам информатора, убийство произошло по тому же сценарию, что и два предыдущих. Убита женщина тридцати с лишним лет, зарублена топором, трусики во рту.

Ожидая, пока Петер подберет его у отеля, он набрал номер Кнутаса. Оператор был занят «инспектированием» одного из многочисленных на Готланде полей для гольфа, его прервали в разгар игры. Кнутас не отвечал. Карин Якобсон тоже. А дежурный? Он, естественно, отсылал к руководителю следствия, то есть к Кнутасу. Черт! Дежурный мог сообщить только то, что на хуторе в Нэре что-то произошло. Что именно — он говорить отказывался. Полиция выехала на место, они имеют право работать в спокойной обстановке. Юхан нетерпеливо закурил, вглядываясь в даль. Сколько же можно ждать?
Репортер Центральной редакции собирался прилететь первым же рейсом. В ближайшие дни он будет поставлять материал для национальных новостей Шведского телевидения, в то время как Юхан будет работать для региональной программы. Начальство сочло, что таким образом текущие новости в связи с расследованием убийства будут освещаться под разными углами зрения. Репортер из Центральной редакции выезжал на место только тогда, когда становилось по-настоящему жарко. Как сейчас, когда произошло третье непостижимое убийство. В другой ситуации Юхан почувствовал бы себя задетым, что редакцию национальных новостей не удовлетворяли его репортажи. Но сейчас он был рад этому: если он будет один готовить репортажи для всех программ новостей, у него не останется времени встречаться с Эммой.

— Давай же иди скорее!
Голос Карин звучал взволнованно. Кнутас поспешил вслед за ней во двор. В зарослях стояли, склонившись, Сульман и Кильгорд, разглядывая что-то на земле. Почти бегом он направился к ним. Сульман пинцетом поднял с земли какой-то предмет. Предмет был пластмассовый, продолговатый. Сульман вертел его, разглядывая со всех сторон. От жары пот ручьями стекал у него по спине.
— Что это за хреновина? — буркнул Кильгорд.
— Это ингалятор для астматиков.
— А что, Гунилла Ульсон страдала астмой?
Коллеги пожали плечами.
Кнутас поспешил в дом. Сесилия Онгстрём и женщина-полицейский как раз собирались уходить.
— Вы не знаете, страдала ли Гунилла астмой? — спросил Кнутас.
— По-моему, нет, — ответила Сесилия с некоторой заминкой. — Нет, — добавила она уверенно. — Точно нет. Пару недель назад мы с ней ходили в гости к моим друзьям, у которых в доме и кошка, и собака. Гунилла ни слова не сказала о том, чтобы это могло доставить ей неприятности.
— А у вас нет астмы?
— Нет.
Кнутас вернулся к коллегам, которые поджидали его с вопросительным выражением на лицах.
— Да, — проговорил он. — Похоже, мы узнали кое-что о нашем убийце. У него астма.

Юхан мало что знал о Нэре, кроме того что это родные места группы «Ainbusk Singers». Пытаясь найти хутор Гуниллы Ульсон, они с Петером попали на дорогу, ведущую к маленькому рыбачьему поселку Нэрхамн. Здесь дул сильный ветер. Вид крошечной гавани наводил на мысль о Норвегии или Исландии. Пирс, уходящий прямо в море. Дома, похожие на бараки, и выстроившиеся в ряд рыбачьи сараи. Тралы, штабеля фриголитовых ящиков для рыбы, кучи сетей. Лодки, которые не вышли в море, покачивались у пирса. Где-то вдали виднелись силуэты двух туристов, которые ехали на велосипедах против ветра, пытаясь добраться до маяка на Нэрсхольмене. Волны сталкивались, образуя своеобразный ритм. Юхан опустил стекло. Морской воздух пробудил воспоминания. Ему захотелось добежать до самого конца пирса, всей грудью вдохнуть ветер. Мысли об Эмме бились в голове, холодок пробегал по телу. Но сейчас совершенно другая реальность требовала стопроцентного внимания. Петер развернул машину:
— Тьфу, черт! Мы поехали не той дорогой!
Еще дважды заехав не туда, они добрались наконец до места. Насколько ветрено было в порту — и какой застывший воздух возле дома убитой женщины! Полиция поставила ограждение вокруг большой территории, и несколько любопытных, прервав застолье, столпились возле натянутых лент ограждения.
Из деревни доносились звуки гармошки. Празднование середины