Невнимательный жених

заставить лорда Меридана пересечь канал и пробираться на вражескую территорию, ее охватывала безумная ревность.
«Неужели она так же красива, как леди Деверо? — спрашивала себя Люсинда. — А может, она такая же страстная, как Хуанита да Рива?»
Как бы то ни было, Себастьян ответил на ее призывы о помощи, и Люсинда старалась не думать о всех опасностях, которые могут обрушиться на него из-за его рыцарства.
Внезапно она вскочила. Шум весел, она уверена!
Сэр Энтони и лорд Куртней, должно быть, тоже услышали шум: с грохотом отодвинулся стол, за которым они играли в карты, и раздался топот ног, спешащих на палубу.
Схватив отделанную соболем бархатную накидку, которую она в сердцах швырнула на кровать после очередного безуспешного выхода на палубу, Люсинда последовала за ними.
Какое-то время они тщетно вглядывались в туман в направлении шума и наконец увидели лодку, выплывшую из мглы. Через секунду лодка уже была у веревочной лестницы. Сердце Люсинды оборвалось: в лодке, кроме трех матросов, был только один пассажир — Чарльз. Даже не видя его лица, она поняла, что он привез дурные вести.
Поднявшись по лестнице, Чарльз посмотрел на Люсинду, стоявшую рядом с сэром Энтони и лордом Куртнеем. Его холодные руки схватили ее ручку, как бы успокаивая, и он произнес:
— Это была ловушка — и Себастьян угодил в нее!
Пошли в каюту!
Рука Люсинды рванулась к груди, пытаясь остановить бешеное сердцебиение. Что бы Чарльз ни рассказывал, она не должна показывать свой страх. Если они увидят, что она испугалась или впала в истерику, они выполнят приказание лорда Меридана и отправят ее в Англию.
Затаив дыхание, Люсинда последовала за Чарльзом в каюту.
— Дайте мне выпить, — бросил Чарльз. Он сел за стол, на который светильники отбрасывали желтые круги, и опустил голову на руки.
— Что… что случилось? — спазм сдавил Люсинде горло. — Я не вынесу, Чарльз, рассказывайте быстрее.
Ее слова, сила ее голоса заставили его поднять глаза. Он заметил, что она охвачена страхом, и сказал:
— Нет, нет, он жив. Но он в плену, в плену у Бонапарта.
— Что?! — вскричал лорд Куртней. — Бонн тоже в этом участвует?
Поставив перед Чарльзом стакан бренди, сэр Энтони произнес:
— Давай сначала все выслушаем.
Чарльз сделал большой глоток и безжизненным голосом начал свой рассказ:
— Мы без труда доплыли до того места, где Себастьян собирался высадиться. На берегу никого не было, да и море было пустынным. Все еще стоял туман, но дальше по берегу можно было различить огни Булони. Пройдя немного вглубь, Себастьян заметил замок. Он, наверное, был в полумиле от нас.
Все окна освещены. Это и делало его таким приметным.
Чарльз сделал еще глоток.
— Продолжайте, — еле слышно прошептала Люсинда.
— Мы сначала решили, что там бал, но рядом не было ни одного экипажа. Подъезды к дому были пусты. Мы немного прошли по боковой дороге. Замок окружала низкая кирпичная стена.
«Что нам делать?» — спросил я Себастьяна.
«Я думаю заглянуть внутрь, раз дама еще не спит, — ответил он. — Не хотелось бы мне вытаскивать ее из постели».
Чарльз опять отхлебнул из бокала.
— Уже тогда нам должно было показаться подозрительным, что место кажется столь пустынным, — сказал Чарльз. — Но Себастьян был так доволен собой, он был горд, что с такой легкостью добрался туда…
«Ты, Чарльз, знаешь наш план, — сказал он мне. — Если все пойдет как надо, я подам тебе сигнал, и ты поможешь Ивонне добраться до лодки. У нее наверняка куча барахла с собой — какая женщина отправится в путешествие без полного комплекта тряпок! — Он помолчал и добавил:
— Если я не вернусь, значит, что-то произошло. Разведай. Если меня возьмут в плен — что мне кажется маловероятным, — возвращайся на яхту и отправляй Люсинду в Англию».
— Я не поеду, — перебила Люсинда. — Я ему говорила еще перед отъездом.
— Я знаю, — мягко произнес Чарльз, — но мне кажется, что Себастьян не слушал.
— Ну так что же произошло? — спросил лорд Куртней. — Черт возьми, Чарльз, ты до скончания века будешь рассказывать!
— Я хочу, чтобы вам были известны все подробности, — ответил Чарльз. — Себастьян перелез через стену и пересек лужайку. В этот момент из замка вышла женщина, она остановилась на террасе и повернулась в сторону моря. Я вытащил маленькую подзорную трубу, которую прихватил с собой. Даже в сумерках я смог разглядеть, что это была Ивонна, голову даю на отсечение. На ней было вечернее платье, и выглядела она очень привлекательно.
— Ты не мог всего рассмотреть — было совсем темно! — нетерпеливо заметил сэр Энтони.
— Ну, мне так показалось, — извиняющимся