В последний день перед отпуском всегда с особым негативом начинаешь воспринимать внезапно свалившиеся задачи, а в этот раз они сыпались будто прорвало. Стоя в пробке по дороге домой, я думал, чем займусь. Выходило, что вместо отдыха я буду две недели разгребать скопившиеся дела, и не факт, что всё успею. К вечеру моё настроение стало просто омерзительным. Делать не хотелось ничего, разве что утопить кого-нибудь в дерьме. Я решил, что это не дело, и надо как-то приводить голову в порядок, например, немного прогуляться.
Авторы: Данилкин Григорий Владимирович
куда не надо. Например, здесь тебе делать нечего.
— Это не тебе решать.
— А это и не я решил. Я присматриваю за этим местом с согласия владелицы, больше тут никому шляться не нужно.
— Где она? — Нельзя сказать, что я надеялся услышать что-то полезное, но на всякий случай должен был спросить.
— Она занята, — он пытался изображать невозмутимость, но сильно переигрывал.
— Как-то неинтересно с тобой разговаривать. Может хоть представишься или тебе и этого нельзя говорить?
Незнакомец на пару секунд задумался, видимо не мог решить, как лучше ответить, чтобы не выбиться из стиля.
— Да, спасибо, что напомнил. Можешь обращаться ко мне Соломон. И лучше на «вы».
— Соломон, ну что детский сад! Извини, но на «Вы» у меня язык не повернется, после такого представления. Что ты хочешь? Зачем ты нас преследовал?
— Всё-таки узнал? Не волнуйся, Хиарра сама всё сделает. А ты можешь идти на все четыре стороны.
Если сравнивать с нашей предыдущей встречей, возможность спокойно уйти восвояси выглядела неплохим исходом. Конечно, я действительно мог просто уйти и зайти попозже, а то и вовсе «случайно» встретить Хиарру где-нибудь ещё. И всё-таки я должен был узнать хоть что-то. Соломон не хотел мне ничего говорить, строго говоря, имел на это право. Мне нужно было его заинтересовать или напугать. Увы, по итогам прошлой встречи бояться стоило скорее мне, с другой стороны, могло оказаться, что кроме как смотреть с неба он особо ничего и не может. Пожалуй, стоило ещё немного поговорить ни о чём.
— И всё же, почему ты не хочешь ответить на мои вопросы?
— На этот тоже, — Соломон усмехнулся. Похоже, он очень гордился своей «глухой обороной». Если так, то его можно было бы вывести из себя, просто не оценив остроумия.
— Неужели, ты так меня боишься? Я, конечно, не безобидный, но и вовсе не злой.
— Нет, с чего мне тебя бояться?! Просто понимаю, что от тебя может быть вред.
«Так, я могу что-то испортить. Уже лучше, чем «не хочу».» — отметил я про себя.
— То есть всё-таки боишься?
— Нисколько.
— А в чём разница? — я медленными шагами стал обходить его.
— Ты что тупой? Ты не вызываешь у меня никаких эмоций, это просто холодная оценка риска, он не высокий, но совершенно не оправданный.
— Во-первых, я очень умный, и ты в этом, вероятно, ещё убедишься. Во-вторых, практика показывает, что больше всего рискуют те, кто стоят на моём пути. В-третьих, … хотя нет, обойдешься.
— Пытаешься блефовать?
— Понимаю тебя, когда сам начинаешь врать, кажется, что и все вокруг заняты тем же.
— Я ничего тебе не сказал, где тут может быть ложь?
— Ты сказал, что не боишься меня…
Пора было признать, всё чего я добился, это поменялся с собеседником местами — стал тем, кто говорит глупости. Продолжать в том же духе смысл пропал, я развернулся и пошел прочь. Соломон должен был либо начать как-то оспаривать мое утверждение, либо оставить последнее слово в этой части диалога за мной, оба варианта меня устраивали, хоть особо ничего и не давали. Пройдя половину пути до калитки, я развернулся, собираясь заговорить снова. Соломон дернулся, будто хотел сделать что-то нехорошее, пока никто не видит, но не успел. Очевидно, он тоже не знал, как соотносятся наши возможности, и в течении разговора просто выжидал удобного момента. Мне стоило сказать то, что и собирался, но вдруг фраза показалась неуместной, а ничего больше на ум не шло. Разумеется, я опасался открытого конфликта с этим человеком, но ни о каком паническом ужасе речи идти не могло. Тем не менее, фантазия услужливо нарисовала мне несколько вариантов дальнейшего развития событий, в том числе мою скоропостижную гибель. Страх мгновенно охватил сознание и заставил поежиться, теперь мне уже точно было не сохранить невозмутимость. Бросив ещё один быстрый взгляд на Соломона, я понял, что он понял, что я заметил.
«Ты в опасности. Я могу тебе помочь» — прозвучал в голове слишком хорошо знакомый голос.
«Ты уже помог!» — мысленно ответил я, осознав причину иррационального страха.
«Не обманывай себя, тебе с самого начала было нечего противопоставить этому врагу. Смотри ему в глаза и постарайся хоть немного напугать, тогда я помогу тебе».
Тем временем Соломон развел руки в стороны и плавно поднял их к небу, вместе с этим поднялся сильный ветер и в считаные секунды развеял туман, окружавший маленький мир, в котором мы находились. Оказалось, что сад и дом расположены на небольшом круглом островке, а в нескольких метрах за оградой земля просто обрывалась. Не знаю, что должно было произойти дальше, и в тот момент меня это
